Дом без зеркал, или Волшебная формула счастья

В интимное рабство вряд ли, я не знаю мужчин с таким специфическим вкусом. Хотя некоторые любят полненьких. Но я не просто полненькая. Я — бочка.

Страх так глубоко проник в каждую мою клетку, что закружилась голова. К счастью я все ещё сижу на постели и меня лишь откинуло на подушку.

Тихон приблизился к краю кровати и склонился надо мной с обеспокоенным и заботливым лицом.

— Софья, — продолжил он меня успокаивать, — не переживайте вы так.

— Где мой телефон? — проблеяла я, прикрывая рот краем одеяла.

Пацан в изножье кровати фыркнул, его лицо скривилось, а руки скрестились на груди.

— Да оставьте её, Тихон, — предложил он. — Проорется и угомонится.

Тихон зыркнул на него строго и бросил повелительно:

— Пашка, а ну брысь! Ишь, уши развесил. Быстро на кухню! Дел невпроворот. А он тут ошивается!

И снова развернулся ко мне с заботливым видом. Пацан, которого Тихон назвал Пашкой, показал ему в затылок язык и с озорной улыбкой сквозанул в дверь. Между прочим, резную и с блестящей лепниной.

Когда я осталась наедине с этим Тихоном, тревога и напряжение во мне снова сковали тело. Может они не станут меня продавать на органы? Если бы собирались, наверное, уже прибили бы и распотрошили. Правда органы лучше сохраняются в живом теле, а не в морозилке... Хотя что я в этом понимаю.

Страх колотил меня частым ознобом несмотря на тёплое одеяло, я выглядывала из-за его края и таращилась на Тихона.

— Что вам надо?

Тихон вздохнул тяжело и устало, губы растянулись в деликатной улыбке.

— Софья, давайте так, — проговорил он. — Сперва мы приведем в более-менее пригодное состояние вашу спину, потом вы поедите, а дальше мы все объясним. Заверяю вас, вы в безопасности. Идет?

Верить этому Тихону у меня причин чуть меньше, чем ноль. Но выбирая между ужасом и неведением и ужасом и пониманием, я выбираю второе. Поэтому кивнула.

— Идет.

Глава 2. Странности продолжаются

Что конкретно он собрался делать с моей спиной, я не представляла, но, как медик знала, что в первую очередь мне положен рентген.

Тихон тем временем сделал короткий поклон лишь головой и, со скрипом развернувшись на пятках, покинул комнату, отправив под потолок стук каблуков на сапогах. Когда я осталась одна, в груди яростно запылал порыв к бегству.