Дом без зеркал, или Волшебная формула счастья

— Почему вы не везете меня в больницу? — наконец решилась снова поинтересоваться я. — Кто вы вообще? Что случилось? Зачем я здесь?

Тихон повернул голову, я увидела подсвеченный светом мелькающих фонарей профиль мужчины в годах. А по голосу не скажешь.

— Вам все объяснят. Беспокоиться совершенно не о чем.

— Знаете, — заметила я с холодком на пояснице, — звучит неубедительно. Вы бы на моем месте поверили бы?

Тихон кивнул.

— Понимаю. Но, видите ли в чем дело, я не в праве говорить больше, чем мне дозволено.

Глаза мои сами собой выпучились, я спросила:

— А разве я была в опасности?

Тихон кивнул.

— Такие, как вы, сами не знают, какой опасности подвергаются.

Таинственность на границе бреда меня ввергла в ступор, который через несколько секунд пути стал превращаться в панику. Едем мы недопустимо быстро, а судя по темным деревьям за окном, далеко за городом. Я в компании двух странных мужиков, один из которых водитель, не произнесший ни слова за время поездки.

— Так, — слишком резко от страха сказала я, — немедленно остановите машину и отпустите меня!

Голос Тихона прозвучал с легкой растерянностью.

— Но там же лес. А на улице темно и небезопасно. Куда вы пойдёте?

— Что я, темноты не видела? — бросила я, хотя в действительности оказаться одной в лесу ночью очень боюсь.

— Так если бы темноты... — многозначительно отозвался Тихон.

Его тон пугал и злил все больше, я попыталась сесть прямее, но спину прострелила резкая боль.

Облегчать задачу по вывозу меня неизвестно куда этим двум я не собиралась. Вопль как-то сам по себе вырвался из моей глотки. Я даже не знала, что умею так кричать. Не то, чтобы я рассчитывала поразить похитителей ультразвуком, просто на меня накатил ужас, орала я тупо и по-девчачьи.

Тихон снова развернулся на переднем сидении ко мне лицом, на его губах мелькнула пугающая дружелюбием улыбка.

— Это естественно, — произнес он мирно и, не дожидаясь, пока я прекращу вопить, брызнул мне в лицо из маленького флакончика.

Запахло кисло-сладким, я чихнула и набрала воздуха, чтобы продолжить кричать. Но картинка перед глазами поплыла, лицо Тихона превратилось в размазанную кляксу, а потом навалилась темнота.

Просыпалась я медленно, будто тусила три дня подряд, а проспаться мне так и не дали. Одеяло мягко окутывало меня, как кокон, матрас мягкий. Все, как дома.