Леди второго сорта

Чурбан бесчувственный! Меня тут едва не убили, а ему все равно.

Одеревеневшую от долгого сидения спину свело болью, но я изо всех сил старалась держаться и не показывать, как мне плохо.

— Тебе прекрасно известно, что юной леди не пристало слишком открыто проявлять свои чувства, — продолжал занудствовать Давенпорт.

— Даже когда юную леди пытаются убить? По-вашему, я должна была тихо сидеть и ждать, пока неизвестный сделает свое дело?

При воспоминании о чужих руках, сдавливающих горло, по коже пробежали мурашки.

Давенпорт не ответил. Он смотрел на меня, и на его длинном холеном лице застыло раздумье.

— Белла, а ты действительно уверена, что видела… нападавшего? — спустя долгие несколько минут спросил опекун.

— То есть вы мне не верите?

Внутри плеснулось возмущение. Неужели этот сухарь думает, что я лгу?

— Почему ты не дождалась меня и отправилась в полицию? — ушел от ответа Давенпорт.

— Потому что испугалась за свою жизнь.

— Белла, послушай…

Договорить опекун не успел. В коридоре послышался шум, в дверь постучали, и в гостиную вошли полицейские, сопровождаемые растерянным дворецким.

— Лорд Давенпорт, полиция, — торопливо озвучил очевидное Петерсон, нервно передергивая плечами.

Выглядел он каким-то помятым. И взгляд серых глаз был точь в точь, как у виноватого пса.

— Говорят, с осмотром пришли, — опасливо добавил дворецкий и как-то странно покосился в мою сторону.

Неужели тоже боится? Вот уж не думала, что люди могут быть так суеверны.

— Мы должны осмотреть место происшествия, — подтвердил слова Петерсона один из «копов», невысокий, похожий на цыгана, брюнет.

— Следуйте за мной, — холодно произнес опекун.

Он поднялся и, не оглядываясь, пошел к дверям.

— Ключ от спальни у меня, — негромко сказала ему вслед.

— Леди Бернстоф, вас мы тоже попросили бы пройти… хм, — брюнет запнулся, посмотрел на мои ноги и договорил: — То есть, проехать с нами.

— С удовольствием, — улыбнулась в ответ, а в голове всплыла незабвенная фраза из старого фильма: — «С радостью предаюсь в руки родной милиции».

— Не думаю, что в этом есть необходимость.

Голос Давенпорта мог заморозить воду в стоящем на столе графине, но на полицейских это не произвело никакого впечатления. Крепкие оказались ребята.

— Это уж мы сами решим, — в оскале «цыгана» мелькнуло что-то волчье, а в желтых глазах блеснул едва заметный огонек. — Прошу, леди Бернстоф.