Я знаю, что ты есть

Выпей кофе и успокойся, — сказала она вслух и направилась на кухню.

По всему полу лежали осколки разбитого стакана. От удивления Вероника застыла в дверном проеме.

Что за мистика? Как он мог упасть? — задавалась она вопросом, проверяя стол на устойчивость, но так ничего и не поняла. Она еще немного постояла и принялась убирать осколки стекла. Желание выпить кофе отошло на задний план.

Как бы она ни старалась, Ван Со не выходил у нее из головы. «Нужно его забыть, забыть и жить дальше», — вела она сама с собой немой диалог.

Больница. Сеул

— Доктор, что с ним? Насколько это серьезно? — тараторил режиссер, сопровождающий каталку по коридору.

— Как я могу ответить, если я его даже не обследовал? Ждите! — бросил врач.

Пациента забрали на обследование. Все ожидали результата, но доктор не выходил.

— Я разорен! — сокрушался режиссер.

— Вас сейчас только это заботит? Человек пострадал, а вы о деньгах думаете, — возразила ему медсестра.

Мужчина ее не слышал, он сидел, потупив взгляд.

— К сожалению, мне нечем вас обрадовать, — начал он. — Господин Ван Со пришел в себя. Мозг не задет, открытых травм нет. Только, — добавил врач после паузы, — он потерял зрение.

— Как же так?! —загудела толпа.

— Самое странное, что это вызвано не ударом. Видимо, пострадавший перенес сильный стресс, а удар лишь усугубил ситуацию. Больше мне пока сказать нечего, — закончил доктор и удалился.

— Что теперь будет? — запаниковал режиссер.

Новость настолько шокировала всех, что никто не понимал, что делать в этой ситуации. Толпа стала разбредаться по домам, было очевидно, что съемкам конец.

По коридору стремительно шел молодой человек. Не замечая возражений, ворвался он в кабинет врача.

— Что с моим другом? Насколько все серьезно и какие прогнозы?

— Успокойтесь! Делаем все возможное. Мы прекрасно понимаем всю сложность ситуации и приняли все меры предосторожности, но, сами понимаете, парень потерял зрение, и теперь нужно только ждать.

— Что? Потерял зрение? Как? И ничего нельзя сделать?

— Пока нет! – врач развел руками.

— Я могу его увидеть?

— Да, но недолго, ему нельзя перенапрягаться, — ответил врач.

Хомин тут же направился в палату друга. Тот лежал с перебинтованной головой и закрытыми глазами.