Ученица особого назначения

А о нашей встрече и не вспомнишь.

Как ладно у него выходит. Да разве Нюра позволит мне покинуть ее игорный дом? Разве позволит оставить себе вырученные деньги? Да и волосы не отрастить — болезнь из меня последние силы высасывает. Все, что зарабатываю, на лекарство уходит. По крайней мере, так хозяйка говорит.

А муж и дети… Кто захочет жениться на «порченной» девке? Ни один углекоп не поверит, что я провела ночь с бестером и осталась нетронутой. Вот если бы Фокс сотником был или городовым — тогда б ничего еще.

А после бестрера мной точно побрезгуют, не захотят после мутанта отпрысков плодить.

— Спасибо, — вежливо кивнула я и приняла поданную Фоксом тарелку с овощами и мясом. Отвела взгляд и как бы невзначай спросила: — Что ж, в вашу академию вообще женщин не берут?

Бестер едва не поперхнулся вином. Посмотрел на меня поверх бокала и упрекнул:

— Ты слишком любопытна, до добра это не доводит. А женщины-бестеры есть.

— Это какие же?— в моих глазах вновь затеплилась надежда.

Фокс сделал неопределенный жест рукой.

Улыбнулся, будто вспомнил о чем-то хорошем.

— Особенные! — выдал с гордостью. — Крепкие телом, сильные духом и одаренные до предела.

Мне стало совсем не по себе. До окончания ужина я больше не задавала вопросов, прилагая максимум усилий к тому, чтобы есть аккуратнее. Все же директор академии рядом, представитель аристократии. Пусть он меня не запомнит, я-то его никогда не забуду. Эта встреча будет вспоминаться как единственный шанс, который мог изменить мою жизнь к лучшему.

После — только пустота и серость.

— Держи! — как и обещал, в конце встречи бестер передал мешочек с монетами. — Еще раз прости за недоразумение, Уголек.

Я вышла за дверь, прижимая к груди «подачку». Иначе вырученное золото не воспринималось. Это Фокс думает, будто предложил мне подарок за ошибку. А на самом деле он оплатил мою репутацию.

Весьма щедро оплатил. Да будет ли с тех денег прок, вот вопрос?..

Ответ на него я узнала быстрее, чем предполагалось.

Едва вернулась в хозяйский дом, на цыпочках прокралась в чулан, где спали Пашка с Макаркой. Запихнула мешочек мелкому под соломенный тюфяк — туда, где он прятал деревянную лошадку, единственную и горячо любимую игрушку.

Не решившись попрощаться, отправила обоим воздушный поцелуй. Развернулась и направилась к черному ходу. Пока меня не хватились, а главное — покуда не иссякла решимость, рванула к Серым горам.

Отыскать место посадки дирижабля удалось легко.