Не горюй о сердце — я скую другое

— Езжайте, моя королевна, — кивнул он без намека на знакомую надменную улыбку, что так выводила Марью из себя. — Самое время отправиться в то, что люди нелепо называют преисподней. Мы будем позади, не бойтесь ничего… и в особенности наших скромных певческих талантов…

— Я не боюсь, Вольга, не забывайся, — яростно прошипела Марья, обернувшись к нему, хотя времени не было. — Никогда и ничего. Если ты думаешь, что твоя искусная выдумка заставит меня мучиться…

— То я полностью прав. Но ты ни за что не покажешь мне это, — уважительно согласился Вольга.

Он колебался, желал сказать что-то еще.

— Ты всего лишь пытался попрощаться со мной, и я ценю это, — прошептала Марья. — Но если он умрет, я не прощу тебя, Вольга, и это вечно будет твоя вина.

— Я знаю это лучше всех. Разве мне не страшно за своего брата? Ты же не думаешь, что я смогу хладнокровно пожертвовать Ваней, чтобы… что? Мне нечего делить с Китеж-градом. Это не моя война. И не твоя, Марья Моревна, но ты сражаешься в ней вдвое яростнее любого, кто обижен служителями Белобога.

Марья заметила, что у Вольги тоже отчаянный и бессонный взгляд загнанного зверя, как, должно быть, и у нее. Он оглядывался, часто вдыхая — коротко, рвано, словно его душили. И все-таки он смог укоризненно посмотреть на Марью, что ей стало мучительно неловко.

— Княжич мечтает заполучить меня, а значит, это мое дело и моей оскорбленной чести, — поспорила Марья. — Именно поэтому я имею право отрубить его голову…

— Ты оправдываешь жажду крови.

— Тогда отправься в Китеж и перережь княжичу горло, — накинулась на него Марья. — Разве ты не способен на это? Обернись птицей и впорхни в его покои…

— Он не позволит мне, ты понимаешь! Он живет местью Китежу, как бы тебе ни хотелось облечь это в сказку о вечной любви! Вот что им движет и вот что его убьет. Что мы можем сделать? Перед этими это… темными желаниями? Но это не сила Чернобога побуждает его к убийству и бойне, а обычная человеческая обида!

— Ну, и чего ты хочешь? Чтобы мы прекратили это? — накинулась на него Марья.

— Я уже не знаю, чего хочу, — огрызнулся Вольга. — Единственное, чего я желаю, это чтобы все мы вернулись целыми.

— Перестаньте! — рявкнул Кощей. — Мы не победим, если попытаемся переубивать друг друга!

— Прости, — кисло проговорил Вольга, низко склонив голову.