Суженая

- Виват прекрасной Альбе! - раздалось со всех сторон.

И тут наконец все проявилось, как будто пелена растаяла. Интересно, как Гаэль это делал? Окутывал ее своей тьмой? В любом случае, она была ему благодарна, это дало ей время собраться.

Потому что в первый момент у нее даже немного зарябило в глазах от пестроты нарядов и лиц. Но теперь Алена отчетливо видела всех этих гостей. Женщин было много, наверное, больше, чем мужчин. Не меньше точно. И по одежде не определить, кто здесь гости, а кто обитатели замка.

И все то время, пока Гаэль вел ее к столам, накрытым в дальнем конце зала, Алена чувствовала, что на нее смотрят.

Потом, когда ужин начался, тоже. Все эти реплики, взгляды, ее оценивали, словно пытались попробовать на прочность. Пришлось бы сложно, ведь никого из них Алена не знала, но Гаэль был рядом. И еще он постоянно незаметно касался ее, вызывая волну мурашек. Это могло бы окончательно вскружить голову.

Если бы не записка.

Ведь кто-то же ее послал. И у Алены были все основания думать, что это сделала женщина.

Слишком тут их было много. И слишком уж выразительные взгляды они бросали на хозяина замка. Понятно, что Гаэль не жил монахом до нее. Богатый, красивый и сильный мужчина, лорд, в конце концов. Каким бы он ни был опасным и пугающим, женщин у него наверняка было много.

Но чтобы написать такое, надо быть на особом положении.

Сейчас, глядя на женщин, сидевших за П-образно составленными столами, Алена пыталась определить - кто? Она потому и не сказала ничего Гаэлю про записку, хотела прежде увидеть сама.

Однако ничего такого не заметила.

А между тем первая половина вечера прошла, гости засиделись за столами, у всех уже заблестели от выпитого глаза. И объявили короткий перерыв, чтобы размять ноги танцами. По всем канонам открывать танцы положено было хозяину с супругой. Остальные пары уже выстроились. Гаэль взял ее за руку и повел в центр зала.

Вот тут-то и выяснилось, что не все гости прибыли к началу вечера, кое-кто опоздал. И теперь им навстречу по освободившемуся проходу шествовал мэтр Лорвель в лиловой сутане.

А рядом с ним была женщина.

***

Церковник не спешил и руку своей спутницы держал в своей очень по-светски. Да и сутана на нем была другая, не та, в которой он был днем, а более помпезная. Что ж, момент был выбран идеально. Сейчас его появление точно не прошло бы незамеченным.

А женщина была красива. Высокая, глаза черные, пронзительные, черные волосы, яркий чувственный рот.