Колючая удача для Пуговкиной

До рыбы девушке не было никакого дела, как большинству рыбаков. Она поймала, а дальше рыбка, видимо, должна сама почиститься и превратиться в еду.

Бзз — Люся их уже различала вблизи по цветным пятнышкам — был совершенно против своей воли выкупан и посажен обсыхать на камешек. А девушка категоричным тоном потребовала у не улетевших, к своему несчастью, и круживших неподалеку «жукокоптеров» высушить мелкого, как сушили ее.

От вида вздыбившегося яркого, торчащего во все стороны меха пушистика Пуговкина расцвела и, наверное, затискала бы меховой помпон с крылышками, совершенно не опасаясь острых зубов, но недовольный голос кота привел ее в чувство, а бурчание в животе попеняло, что организм надо хоть иногда кормить.

— Свою доулю еды забирай. – Шавермур, раздосадованный нелепым ожиданием и восторженными повизгиваниями в стиле «ой, пушистик, прелесть моя» (таких комплиментов заслуживал только он сам, шикарный кот, а не какое-то насекомое с мехом), еще и зафыркал, ругаясь, правда, себе под нос: — Еще бы блох в питоумцы записала.

Оглянувшись, Люся оглядела композицию «кот, кактус и дохлая рыба, ни фига не еда».

— А почему она сырая? — Подойдя с паучком на руках, не в силах с ним расстаться, девушка потыкала в речного монстра веточкой. — Как ее есть?

— Люд, ее готовить надо, — вздохнул Ежов. — В Сибири глина была, мы в ней запекали под костром. Еще у нас соль была и перец, без них в лес не ходили. А тут даже костра нет. Я бы, конечно, мог без спичек разжечь, трением, но ты, наверное, не справишься.

— Фу-у-у... сырую… — Пуговкину от брезгливости передернуло, уж лучше поголодать, сколько она сможет. — А очки не подойдут вместо лупы?

— Ты носишь очки? — удивился Костик. Люсю в очках он не очень представлял.

— Не то что ношу, — смутилась девушка, очков в дешевой грубоватой оправе она стеснялась. — Это мелкий шрифт читать, если вдруг где попадется.

— Солнышко еще яркое, хоть и время к вечеру, — прикинул деловитый кактус. — Очки тоже линза, думаю, можно попробовать. А на дрова стул твой возьми. Дерево сухое, стул старый, о камень хорошо разбить можно на куски.

Люся посмотрела на стул, до сих пор привязанный нитками к тележке кактуса, и хоть она намеревалась раньше от него избавиться и тащила на помойку, но вдруг пустить мебель на дрова показалось ей неправильным.