Колючая удача для Пуговкиной

На что Люся только фыркнула через плечо, решив проигнорировать фразу про спасение.

— Конечно, не алкаш. Грязный, заросший, с перегаром на весь подъезд.

— А ты не думала, что у меня на это причина есть? — опять начал раздражаться на упрямую девицу мужчина. — Не тебе меня судить. Ну и вали в свои заросли, раз такая умная. Вот уж не думал, Пуговкина, что из тебя вырастет такая тупая овца.

Не веря своим ушам, девушка замерла буквально в паре сантиметров от кустов и медленно повернулась к оставленному посреди полянки разозленному растению.

Она совершенно точно не имела понятия, кто этот жуткий, ставший кактусом тип, но вот выяснить, откуда он ее знает, показалось ей очень важным.

«Может, какой-нибудь бабушкин знакомый? — предположила она про себя и тут же отмахнулась от этой бредовой мысли. — Да нет. Бабуля алкоголиков терпеть не может, а с таким бомжом даже разговаривать бы не стала».

— Откуда ты знаешь мою фамилию? — Она на всякий случай угрожающе покачала стулом в руках. — Я тебя не знаю! Отвечай, кто ты такой!

— Ну вот! — В голосе, идущем от колючего растения, проскользнула насмешка.

— А еще замуж за меня обещала выйти! Какие же женщины непостоянные, каких-то пятнадцать лет прошло, столько в соседних квартирах жили — и уже «я тебя не знаю».

Стул выпал из рук девушки, а широко распахнутые голубые глаза с ужасом уставились на кактус в двухколесной тележке.

— Е… Ежов? Ежов, это ты? И ты кактус? И бомжеватый алкаш?

— И инвалид тоже я, — хмуро подтвердил Константин, с недоумением наблюдая, как глаза девчонки наполняются слезами.

— Ты ревешь-то чего?

Шлепнувшись на траву и размазывая по щекам льющиеся слезы, Люся ревела и никак не могла остановиться. Ее не заботило, как она сейчас выглядит и что нос непременно распухнет, а глаза превратятся в щелочки. Видимо, осознание того, что говорящее растение — это не просто неизвестно кто, а знакомый ей человек, оказалось последней каплей, переполнившей чашу стрессоустойчивости девушки. Оптимизм иссяк, и Пуговкина вдруг испугалась.

Костя же просто не знал, что делать, и жутко злился на себя. Будучи кактусом, обнять и успокоить девушку он не мог, а подобрать правильные слова — это же уметь надо. Тем более что и ему самому приходилось несладко: отступившее было под влиянием шока похмелье вернулось и принялось терзать его несчастную голову болью с новой силой. А еще очень хотелось пить.

Выручил парня внезапно вернувшийся и странно довольный жизнью кот.