Морган Кольят: человек с тысячей лиц

Морган, насупившись, вышел вперед, растворив в воздухе свой огненный шар, разлетевшийся тысячами искр — факел следопыта горел достаточно ярко, чтобы не терять в полумраке зрительный контакт.

И тут я заметила еще кое-что: за спиной взвинченного мужчины, чуть позади, стоял молчаливый Коннор с безразличным, белым как бумажный лист лицом. Он посмотрел на меня так, что мне тут же захотелось провалиться под землю. Невыносимая душевная боль читалась в его блестящих глазах. Стало ясно — это конец нашей дружбы. Я обманула все его ожидания, разрушив все, что мы построили.

Он теперь должен был меня ненавидеть, чувствуя себя преданным. В его руках я не заметила ни оружия, ни чего-либо другого. Он показался мне таким беспомощным, беззащитным, брошенным, одиноким. Я не знала, о чем он думал в этот момент, но понимала, что внутри у него что-то поломалось.

— Я знал! Я знал! — воскликнул Клауд дрожащим от возбуждения голосом, и тот разлетелся эхом по лесной глуши. — И что ты теперь скажешь, тварь?!

Этот вопрос явно адресовался мне — человек буквально прожигал во мне дыру взглядом.

— Я отдам тебя людям Согхата, которые потеряли сегодня друзей и боевых товарищей! — продолжил вопить он. — Пускай они делают с тобой то, что посчитают нужным!

Каждое произнесенное Клаудом слово было сравнимо с сильным ударом по голове, он не шутил и был настроен серьезно в своих обещаниях.

— Здесь еще есть я! — легким движением руки Морган отодвинул меня себе за спину, как бы показывая, что теперь говорить будет он.

— То же самое относится и к тебе! — огрызнулся следопыт, не уступая свои позиции и начиная орать еще громче.

Как же мне не хотелось видеть его таким.

Я виновата.

— Это твой друг, да? Выглядит не очень дружелюбно, — шепнул мне маг, немного повернув голову, и тут же ответил разъяренному мятежнику: — Она тут ни при чем! Вы сами подвергли себя этой участи! Надо было держаться вместе, а не разбредаться как тараканы!

— Ты мне сейчас указывать еще будешь, что надо, а что нет! — вновь огрызнулся воин.

Пока эти двое поливали друг друга грязью, Эстебан стоял столбом неподалеку от меня, в таком же ошеломленном состоянии, как и Коннор. Клауд оказался единственным, кто не потерял самообладания в этой ситуации, и вел себя так же, как и всегда, — как последняя скотина. Я мельком взглянула на рыцаря без доспехов и удивилась его испуганному виду.