Хвост белой кисточкой

Казалось она сомкнула глаза всего на минуту, как вдруг ее бесцеремонно растолкали. Натянув одеяло на голову она отвернулась в другую сторону и сонно ответила:

— Ну ещё пять минуточек. – и тут же ей стало не до сна, девушка подскочила, как ошпаренная, она слышала свой собственный голос, и во все глаза уставилась на свое тело, и оно, что удивительно, было прежним. – Так я все-таки спала?

— Да, – ответил сидящий рядом Грид, заспанный и ошарашенный. – В смысле нет, точнее да, но кто ты такая вообще и что тут делаешь?

— И все-таки нет.

Всё ещё не понимая, что происходит Грид бегло осмотрел комнату все было в порядке, и тут его взгляд упал на сундук, где должна была спать лисица, и на поисковой амулет на шеи девушку, стрелка которого ровно показывала на своего носителя. До него наконец-то стало доходить, что произошло. Это осознание показалось столь невероятным, что он решил все же спросить.

— Ты лиса?

— Да. – коротко ответила девушка, все ещё находясь в состояние глубокого шока, на неё будто разом обрушился груз реальности, который она так старательно старалась отвергать

Юноша тем временем подскочил с места и помчался будить мастера, а за окном уже светало. Перед глазами Аглаи все заволокло прозрачной пеленой, а на одеяло откуда-то закапала вода, которая тут же впитывалась оставляя влажные пятна. Она устало понурила голову отдаваясь этим чувствам с головой, и тут на тонких, бледных пальцах начала проступать чёрная шерсть.

Когда сонный мастер в одной ночной рубашке и его ученик подошли к лежанке на ней уже снова сидела лисица, а на шее у неё болтался знакомый уже им обоим поисковик, на чёрном шнурке.

Глава 5.

Она бежала утром, бесшумной тенью скользнула за заранее открытую дверь, пока она ещё могла её открыть. Ей не хотелось никого тревожить, не хотелось никому вверять свою судьбу.

Аглая стала оборотнем. Кто и зачем сотворил это с ней, двадцати четырех летней студенткой архитектурного университета, узнать не предоставлялось возможным. В ее мире никогда не было магии, а о перемещение сквозь время и пространство, и вовсе речи не шло.