Лёд и пламень

Мог ли он дать себе гарантию, что девушка не пострадает? Постепенно его сердце успокаивалось, и тогда он отчётливо услышал другое. Его стук был размеренным и ровным, но он отличался от стука обычного человеческого сердца. К двойному стуку примешивался третий. Очень тихий, едва уловимый, словно эхо, но всё же слышимый. Марк нахмурился. Всё, что было связанно с этой девушкой, настолько необычно... Казалось, само её существование — проведение высших сил, призванное стать самым сложным испытанием в его жизни. Всё странным образом граничило с реальностью, но как будто не являлось её частью.

С той секунды, когда он встретился с ней взглядом, вся его жизнь перевернулась с ног на голову.

Марк вошёл в спальню Евы, и его буквально окутала её серебристая энергия. Она обволакивала, дарила блаженство и муку одновременно. Руки жгло, а сознание наслаждалось ощущением её близкого присутствия. Никогда ещё в своей не короткой жизни с ним не происходило ничего подобного. Его сердце вновь ускорило ритм. Он не двигался, давая себе время привыкнуть.

А потом стал понемногу приближаться к ней, делая перерывы, чтобы перевести дух.

Ева лежала, подтянув ноги к груди. Её одеяло валялось на полу. Отливающие белым золотом в блеклом свете волосы беспорядочно рассыпались по подушке. Лёгкое прерывистое дыхание выпархивало из приоткрытых ярко-алых губ. Она была такой кроткой и беззащитной, такой маленькой и хрупкой. На ум снова пришло сравнение с фарфоровой куклой. Ева пошевелилась, и Марк настороженно замер. Она повернулась на другой бок, поискала рукой одеяло и, не найдя, вновь притянула ноги к груди.

«Ну конечно, ей холодно!» — пронеслось в голове у Марка. Как он мог не понять этого сразу! Сам он никогда не ощущал холода. Он поднял одеяло с пола. Осторожно, боясь потревожить, он накрыл её.

Не двигаясь, он наблюдал за Евой. Спустя несколько минут она задышала ровнее и вытянулась на кровати, подложив ладошку под щёку. Её тело было отдано во власть сну. Ничто не сковывало нежного личика. Ни строгость, свойственная ей, когда она бодрствует, ни холодность с окружающими, которую она использует в качестве самозащиты.

Безмятежность была на её лице, на губах играла лёгкая улыбка. Она показалась Марку каким-то неземным существом, сотканным из тысяч серебряных нитей, с жемчужной россыпью волос и двумя необыкновенными сапфирами.

«Кто же она такая?» — задавался он вопросом. Выглядит, как все остальные. Красивее ли она всех девушек, которых он видел раньше? Он не знал.