Лёд и пламень

Но уверенна, что ни один из них не хотел причинить тебе боль, и оба сейчас с ума сходят от беспокойства.

— И поделом им! — гневно сказала Ева. — Может, это чему-то их научит.

Аника прикусила губу, борясь с желанием высказаться. Одарив Еву многозначительным взглядом, она вновь принялась за рану.

— Знаешь, за что я тебя люблю? — спросила Ева. — За то, что ты всегда говоришь, что думаешь.

— Тебе не понравится то, что я думаю.

— И всё же?

— Чего ты ожидала? Что они подружатся, и наступит мир во всём мире? Твоей вины в этом не меньше, чем их, — Аника понизила голос до едва различимого шёпота.

— И хотя мне видится больше и дальше, чем вам, тебе пора перестать мучить Тая. Ведь ты прекрасно знаешь, что он испытывает к тебе совсем не дружеские чувства. И даже больше — ты сама испытываешь к нему подобные чувства. И Марк из-за вашей «дружбы» тоже постоянно находится в напряжении. Ты должна найти способ разделить свои чувства. Дай им и себе определённость.

— Уже дала, — сморщившись от боли, Ева подняла руку и показала подруге кольцо.

— Трудно было не заметить. Ты в этом уверенна?

Пожав плечами, Ева вздохнула.

— Определённость, — сказала она вслух.

— Да уж, — усмехнулась Аника. — Если что, сойдёт за средство самообороны.

Ева нервно хихикнула.

— Я не буду говорить, что рада за тебя, потому что не вижу счастья в твоих глазах. Прости меня за это, — Аника обняла подругу. — И я чувствую много сомнений в твоей «определённости». Будь осторожна. На выбранном пути ты можешь потерять себя.

— Ты иногда пугаешь меня своими размытыми предсказаниями.

— Это не предсказание. Скорее предчувствие.

— Предчувствие это я понимаю. Но оно заставляет жить в постоянном страхе.

— Я бы сказала, шире смотреть на вещи.

Ева открыла дверь, чтобы проводить подругу, и нос к носу столкнулась с Марком. Вид у него был пугающий. На бледном, как мел лице огнём горели чёрные от беспокойства глаза. Позади него, на некотором расстоянии стоял не менее взволнованный Тай. Едва она появилась на пороге, оба уставились на забинтованную руку.

И хотя Еве стало их искренне жаль, она всё же не смогла побороть в себе гнев и обиду. Бросив на них грозный осуждающий взгляд, она отошла в сторону, пропуская подругу.

— С ней всё в порядке, задиры бестолковые, — сказала Аника, выходя из дома.

Она взяла Тая за руку и, несмотря на попытки сопротивления, настойчиво повела прочь. Ева кивком указала Марку войти в дом.

— Мне очень жаль, — сконфуженно пробормотал Марк, едва за ним закрылась дверь.