Лёд и пламень

Их лица сблизились настолько, что теперь пересудов точно не избежать. Марк опустил взгляд на её губы, сглотнул подступивший ком и снова посмотрел в глаза Еве.

— Ты нужна мне, — сказал он так, как будто это было очевидно.

Еву поразило его откровение и простота, с которой оно было произнесено. Она сосредоточенно смотрела на Марка, пытаясь переварить услышанное.

Официантка принесла заказ и вежливо кашлянула, давая понять, что ей некуда ставить блюда. Ева вспомнила, в какой позе они сидят. Со стороны это наверняка было похоже на перешептывания двух влюблённых.

Она сразу представила себе раздираемую любопытством Алису и укоризненно смотрящую Настю. Резко выпрямив спину, Ева отодвинулась от Марка. Он медленно и нехотя сделал то же самое. Пока официантка расставляла приборы и тарелки, они сидели, молча смотря друг на друга.

— Этой причины достаточно? — спросил Марк, когда официантка удалилась.

— Думаю нет... — отвела взгляд Ева.

— Почему?

— Это не очень похоже на правду.

— Как ты узнаешь, что правда, а что нет? — Марк наклонился так, чтобы вновь поймать её взгляд.

— Что, по-твоему, похоже на правду?

— Не знаю, — Ева выглядела растерянной. — Теперь не знаю. Я уже совсем запуталась, во что верить, а во что нет.

Она нервно сделала глоток кофе.

— Прости, — Марк потупил взгляд.

Ева тяжело вздохнула и вновь сделала глоток.

— Я лишь могу пообещать, что никогда больше не попытаюсь тебя оттолкнуть. И... — он запнулся. — Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя игрушкой, потому что это не так. Ты очень важна для меня.

Он протянул было руку к Еве, но тут же отдёрнул её.

— Мы друг друга поняли? — спросил он.

Ева долго смотрела в его глаза, словно взвешивая все «за» и «против», но потом согласно кивнула. Марк поднял вилку и покрутил ею, намекая, что пора бы и поесть. Взяв вилку, Ева отправила кусочек запеканки в рот.

— Расскажи мне о своей семье или это тоже табу?

— Отчего же, — улыбнулся Марк, хотя ему это непросто далось, ведь он будто вату жевал и при этом старался сделать вид, что это съедобно.

— Пятнадцать лет назад мы переехали сюда и открыли эту дочернюю фирму. Но основной офис находится в Петербурге, и иногда приходится туда отлучаться.

— Почему вы забрались в такую глушь?

От Евы не ускользнуло то, что он снова выкручивается и говорит не о семье, а о работе. Но она своего добьётся.

— Родителям нравится более размеренный образ жизни.

— А тебе?

— Мне и в Петербурге не плохо.

— Тогда почему ты остаёшься здесь?

— Потому что здесь нравится моей семье.