Дитя трёх стихий. Щит истинной любви.

Отсмеявшись, мы снова вернулись к разговору о защитном барьере:

– Есть две книги, которые могут быть полезны: про одну я уже сейчас говорила, – Лера опять поморщилась, похоже бывают раны, не заживающие никогда. – И мемуары твоей достопочтенной родственницы.

– Достопочтенной? – не поняла я.

– Ну, Алии.

Несколько мгновений я пыталась соединить в голове слово «достопочтенная» с образом лёгкой, словно ветерок, Алии. Так и сидела, разинув рот, не зная, как объяснить, что долгоживущие маги потому и живут долго, что меньше всего похожи на достопочтенных матрон.

В этот момент вернулась камеристка, и я захлопнула рот, так ничего и не сказав.

– Госпожа, – она присела перед Лерой и покосилась в мою сторону, испрашивая разрешения говорить при мне.

Сердце пропустило удар.

– Алита жива? – с трудом шевеля губами, спросила я.

Камеристка быстро закивала. – Жива, жива!

Я выдохнула с облегчением:

– Что ты выяснила? Не бойся, говори. Раз жива, остальное меня не испугает.

Камеристка ещё медлила, но Лера ободряюще ей кивнула.

– Отрава была в настойке вербены, которую так любит госпожа Лисса, Лита надышалась, ну и на руки попало. Целитель сказал, что перестарались, слишком много добавили. Если бы меньше, то на Литу не успело бы подействовать.

Я содрогнулась.

– Ты говорила с самим целителем? – недоверчиво спросила Лера.

– Что вы, госпожа, с его учеником.

Кровь отлила от моего лица:

– И что со мной было бы, если бы я села в эту ванну?

Должно быть я сильно побледнела, потому что в глазах камеристки появилось испуганное выражение, а Лера сделала ей знак молчать.

– Я н-не знаю, госпожа, – пробормотала она. – Возможно, вам стало бы просто плохо.

Она врала, я видела это по её глазам. Просто плохо? Если Алите хватило запаха и погрузить руки, чтобы потерять сознание. А что случилось бы с моим малышом? Инстинктивно я положила руки на живот. Перед глазами поплыло.

Пришла в себя, почувствовав неприятный запах нюхательной соли, которую заботливо поднесла к моему носу Лера.

– Успокойся, Лисса, ничего ведь не случилось.

– В который раз уже, – помертвевшими губами пробормотала я.

– Асхар бережёт тебя и моего внука, – ладонь Леры легла поверх моих рук. – Всё хорошо.

Дверь с грохотом впечаталась в стену. Даже не поворачивая головы, я знала, кто ворвался в комнату.

– М-да, – донеслось до меня тихое Лерино. – Придётся мне самой покопаться в библиотеке.