Найди меня

Король вдруг сделал несколько неожиданных ходов одновременно и повел себя странно. Метался по стране. Объявил смотрины невест, собрав в одном месте всех, а сам при этом торчал здесь, в Аламоре, постоянно показываясь в одной и той же лавке.

Ну, это еще как-то можно было объяснить - женщина. Маг знал, что из-за этой женщины погорел и бедняга Харт. Но отказывался понимать, каким образом мужчины могут опуститься настолько, чтобы поставить под удар свои интересы ради какой-то белобрысой девки.

Беспокоило его другое, к Рихарту почему-то не удавалось подобраться, словно его охраняла невидимая сила.

А мальчишка...

Сложилось впечатление, что король не зря туда зачастил, возможно, о чем-то догадывается? Понимает ли, что щенок его прямой конкурент? Маг этого с точностью не мог предположить, но планы приходилось корректировать на ходу, а в спешке всегда остается упущенной какая-нибудь деталь, которая со временем превращается в грандиозную проблему.

Так и было. Маг просчитался, слежку с него не сняли.

***

Двое из двоих людей Фарэйна притаились возле подворотни. Один должен был следить за кукольником, другой за женщиной. Увидев, что кукольник вышел из подворотни и направился от площади в противоположную сторону, один из осведомителей двинулся следом.

А второй наблюдатель ожидал, когда выйдет женщина. Ожидал довольно долго, однако ее не было. Сначала уговаривал себя, мол, понятно, что даме надо поправить прическу и чулочки, но столько времени? Немного она заработает, если она после каждого клиента будет столько охорашиваться.

А потом просто занервничал, не упустил ли он ее.

С этой мыслью и рванулся в ту каморку в подворотне. И обнаружил.

Женщина зарезана, вся в крови, юбки задраны. Зрелище было жуткое и отвратительное. Но привлекло его совсем другое.

На земляном полу у самой стены валялся небольшой флакон, до половины заполненный какой-то темно красной жидкостью, а рядом с трупом, почти под ногой, обнаружились маленький потертый кожаный мешочек, в котором был непонятный порошок сероватого цвета, и небольшой обсидиановый нож.

По пути сообщил об убийстве на ближайшем посту городской стражи, и там пришлось задержаться, потому что человеку в лохмотьях, переодетому бродягой, не сразу оказали должное доверие, заподозрив в убийстве в первую очередь.