Разожги мой огонь

Ни за одну так не просил. — Постучал пальцами по столу, не сводя с меня взгляда огненного.

— Не собака он, чтоб его приручать. А вот ты бы мог хоть раз и слово доброе Огневику сказать.

— Вон оно как, — рассмеялся вдруг хозяин вулкана, обнажив крепкие белые зубы. От удивления едва на стуле усидела. Впервые видела своего жениха улыбающимся. — Еще супругой не стала, а уж поучаешь.

— Дел у меня больше нет, — дернула плечом, подумав, что уж лучше б и дальше нахмуренным сидел, чем зубы скалить. — Ватрушку вот лучше отведай.

Только-только из печи.

Протянула ему исходящее ароматным паром печево, а хозяин вулкана взял меня за запястье, поднес руку к своему рту и откусил от ватрушки кусок. И пока жевал, все смотрел и смотрел на меня рубинами глаз. А я пошевелиться не могла, чувствуя лишь, как сердце колотится в груди, словно заячье, да жар от его пальцев кожу все сильнее опаляет.

— Вкусно, — похвалил наконец, отпуская мою руку. Я поспешно ее отдернула, а он лишь усмехнулся.

На небе все новые звезды появлялись, а мы так и сидели.

Хозяин вулкана угощался тем, что наготовила, а я все первый кусок пирога не могла доесть, хотя обещала себе, что в последний вечер от души поем.

Так задумалась, на пирог глядя, что вздрогнула от неожиданности, когда передо мной кованая золотая шкатулка легла. На крышке — россыпь звезд серебряных и полумесяц рожком. Сверкают в лунном свете словно зеркальные.

Вскинула глаза на хозяина вулкана.

— Что это?

— Подарок, — буркнул.

— Мне? — протянула недоверчиво.

— Сама ж сказала: хочешь, чтоб все как положено было… А жених должен подарок нареченной сделать.

Вот я и… — осекся, а потом мотнул головой и велел: — Открой.

Глава 9

Скрывая удивление, протянула руку к шкатулке. Осторожно дотронулась кончиками пальцев до крышки — она теплой оказалась.

— Не бойся, не обожжет, — проворчал хозяин вулкана.

Метнула на него взгляд искоса, а потом все же откинула крышку и едва не ахнула.

На ложе из алого бархата серьги и ожерелье сверкали, каких никогда не видывала и не носила.

Крупные рубины в золотой оправе походили на искры в глазах хозяина вулкана, а цепь ожерелья тонко была выкована, будто кружево.

Осторожно коснулась самого крупного рубина в ожерелье, провела кончиком пальца по граням. Долго не могла ничего вымолвить, перехватило горло, а все слова будто украл кто.

— Не по нраву пришлись? — услышала.

— Прекрасней украшений не видела, — подняла взгляд на хозяина вулкана. — Неужто из-за моря?

— Сам сделал, — отозвался нехотя.

— Сам?.