Лодка на двоих

- Айлил, вглядись, она без сознания и уже умирает, неужели ты думаешь…

- Я думаю, что была круглой дурой когда занималась переводом обозов через границу, но не думала о том, как спасти ее, поэтому мы ее тут не оставим!

Аерин подошел к кровати и подхватил невесомую женщину на руки. Почти бегом они спустились по лестнице. Во дворе, на солнце, вдохнув свежий воздух, Лина вдруг закашлялась и слабо спросила:

- Кто вы такие?

На больше ее сил не хватило.

- Как мы вывезем ее отсюда? В седле она явно не усидит.

Айлил бегом направилась в открытый настежь сарай, а через пару минут вывела запряженную лошадкой карету.

- Нас остановят на первом же разъезде, - с сомнением сказал Аерин.

- Не остановят, - Айлил кивнула в сторону сеновала, а потом дома, - эти побоятся признаться, что у них из под носа увезли герцогиню, они поступят также как поступил мой брат когда объявил, что я умерла.

- Они сообщат о ее смерти, - догадался Аерин и усмехнулся. Но улыбка быстро погасла, было не ясно, сколько на самом деле осталось Лине Глацио, отравленной ядом.

И есть ли смысл в спасении.

Их действительно никто не остановил, но предварительно, на первой же остановке Айлил самолично срезала с обшивки кареты гербы. В дороге Лине стало лучше, она даже выпила кружку бульона, которую принесла ей Айлил с очередного постояло двора. Айлил давно уже показала родственнице свою истинную внешность и девушки долго обнимались и плакали.

- Куда мы направляемся Айлил? – спросила Лина на очередной остановке.

- В столицу.

Аерин мельком глянул на двух молодых женщин, но смолчал. Они с Айлил могли провести карету в город, но был ли в этом смысл? Герцогиня, не смотря на кратковременное улучшение, все равно угасала с каждым днем. Яда была слишком много и слишком долго.

- Мы отвезем тебя к велле Лиманике.

- Она не варит зелья, - сказал Аерин.

- Да, но она сможет предложить что-то другое. Какой-то выход.

В тот день, когда Аерин и Айлил через западные ворота провезли в город карету с ценной пассажиркой, через центральные ворота, в столицу въехала другая карета в сопровождении нескольких всадников.

В этой богато отделанной, комфортной карете, уже много дней трясся в пути и страдал от болей в спине Юстас Деай. В карете, помимо посла Серединного королевства находились три сундучка, предназначенные в подарки Айлил Глацио и Линалии Глацио, и два из них содержали ценные зелья, сваренные самой Литарой Лареграндской.