Лодка на двоих

Герцогиня поняла, ее супруг и повелитель выписал ей билет в один конец, в поместье, которое находилось в десяти днях пути она либо тяжело заболеет и умрет, либо с ней произойдет несчастный случай. Герцог решил удалить нелюбимую жену с глаз долой и расправиться с ней без лишних глаз.

Все взоры были обращены на герцогиню, никто не заметил, что Айлил Глацио побледнела не меньше герцогини. Девушка также как и старшая подруга по несчастью поняла, что задумал брат, и знала, что как только Линалия покинет двор, никто, и ничто не спасет ее от брата.

Алвиз отпустил, практически бросил руку жены и вместе с другом направился вглубь зала, матроны со своими дочерями неотступно и назойливо следовали за герцогом, словно мухи. Айлил и Лина остались, неподвижно стоять около трона. Придворные больше не смотрели на них, Алвиз разыграл все как по нотам.

-Я думаю, что нам больше нечего тут делать, - сказала Лина, - больше у меня нет сил.

Герцогиня, не дожидаясь Айлил, направилась к боковой двери, ведущий в коридор для прислуги, а младшая сестра герцога торопливо последовала следом.

Уже находясь, в темном коридоре для прислуги, Айлил окликнула Лину:

- Лина, подожди! Нужно поговорить!

- Не о чем говорить Айлил, твой брат избавляется от меня. Из поместья я не вернусь, и ты это прекрасно знаешь, это поняли все присутствующие в зале. Твоя же судьба еще более печальна, чем моя, но я никак не могу помочь тебе, я не могу помочь даже себе!

Лина ускорила шаг и вскоре потерялась в темноте. Айлил осталась одна.

Девушка прислонилась к стене и прикрыла глаза. Как быть дальше она не знала.

Следующие два дня прошли в напряженной тишине дворца. Лина не появлялась из своих покоев, прислуга собирала вещи герцогини в большие сундуки. Айлил выходила из комнат только на тренировки.

Отец, обнаружив странное пристрастие собственного сына, защитил дочь, но он прекрасно понимал, что время его пройдет, вскоре сын взойдет на трон. Тогда между Алвизом и Айлил останется только призрачное чувство долга старшего брата и несущественный страх перед придворными.

Поэтому девочка стала посещать занятия не только по правилам этикета, наукам и искусству, но и стала заниматься с лучшими мастерами фехтования и борьбы. Старый герцог наблюдая за успехами дочери, печально думал, что все это вряд ли спасет ее от брата, который стал к тому времени взрослым и сильным мужчиной, но отцу хотелось думать, что он приложил все усилия, чтобы оградить дочь от беды.