Ваш ход, Светлейший

Это было весьма необычно, и Замок выполнил ее просьбу. Когда же она его еще и вежливо попросила об этом, его удивлению не было предела. И он проснулся окончательно. Стал наблюдать. Внезапно понял, что хочет избрать другую цель существования.

Ему хотелось, чтобы эта хозяйка была здесь всегда, хотелось видеть ее счастливой. Появилось острое желание видеть ее маленькие копии — детей. Здесь уже очень давно не было слышно детского смеха. Поняв все это, Замок рискнул заговорить. Вернее, даже не так — он ответил, когда новая Наследница искренне поинтересовалась, не скучно ли ему.

Кроме этого, он испытывал к ней нечто, что у живых принято называть «родственные чувства». Но это ведь невозможно. Скорее всего, Замок просто слишком долго был один.

С тех пор она покорила его сердце, если на секунду представить, что у камня может быть сердце. Их разговоры очень радовали Замка. Только в последнее время хозяйка все чаще выглядела грустной. Подсознательно он понимал, что в этом виновны кирсан и вампир, но Злата ничего не приказывала на их счет.

Ради нее Замок даже нарушил несколько раз свои правила — Лорану подкинул картинку со Златой, когда та попросила, и показал Ринальдо камеру, где держали похищенную девушку. Странно, что ни тот, ни другой так и не спросили у Златы, с чего вообще у них взялись эти видения.

Со Светлыми Замок также не знал, что делать. Он никогда не проявлял инициативу, никогда не заговаривал без приказа, никогда ничего не делал сам. Все же он не совсем живой и многого просто не понимает.

Но одно знал точно — каждый раз, когда приходят Светлые, Наследник засыпает и больше не просыпается. Замок очень боялся, что то же самое произойдет и с его юной хозяйкой.

Но она даже спокойно входила к ним в камеру. Когда девушка попросила его пустить нить силы в тюрьму — он сначала несколько воспротивился, но все же подчинился приказу. О чем, спустя некоторое время, пожалел.

Это произошло во время празднования. Злата была очень расстроена чем-то, что ей наговорил кирсан.

В следующий раз Замок сильно забеспокоился, когда Светлые предприняли попытку вынести Злату наружу. Вот здесь он растерялся — не знал, что делать.