Невероятная рождественская история Клэр

А вот его отец так и не смог простить дерзкой женщине её нелюбовь, не позволило уязвлённое самолюбие. Он наоборот возненавидел всех человеческих женщин.

— Нашёл виноватых! — возмутилась Клэр. — Это ведь несправедливо. Во всём случившемся только его вина!

— Ах, Клэр, — вздохнула Эйна, — уязвлённый гордец редко думает о справедливости. Узнав, что Бранн снова бывал в вашем мире, да ещё и общается с человечкой, Фелан очень разгневался. Он даже в сердцах угрожал перебить все зеркала в поместье. А Бранн только смеялся и говорил, что живущие здесь леди не простят отцу подобного опрометчивого решения.

От подобных суждений Клэр стало очень обидно. Отец Бранна, знать её не знающий, судил о ней и заодно обо всём человечестве по одной своей жене и поэтому решил, что она, Клэр, не подходит Бранну в друзья. У девушки и слов-то не нашлось, чтобы это прокомментировать.

А Эйна тем временем рассказывала дальше:

— Я совершенно случайно узнала, что путешественника подослал Брендан. Подслушала их разговор. Это он нашёл ведьму и донес таким образом мысль о ней до нашего господина. Но господин не знал, что отняв сердце у живого существа, обрекаешь его на медленную смерть. Если не вернуть сердце, когда лёд в груди Бранна растает, он умрёт будто бы от неизвестной болезни и, скорее всего, не успев оставить наследников.

Меньше всего Клэр сейчас беспокоили потенциальные наследники Бранна.

Тем временем они преодолели сад и вошли в поместье. Эйна пояснила, что сегодня к ним прибыло множество гостей со свитой и затеряться будет легко. В поместье действительно царила суматоха, множество фейри сновали туда-сюда, и на Клэр и Эйну никто не обратил внимания. Эйна провела их по огромной каменной лестнице, украшенной у подножья величественными статуями волков на второй этаж.

— Прежде чем мы отправимся ведьме, нужно забрать с собой Бранна. Нельзя его здесь оставлять, — пояснила она. Клэр была с ней полностью согласна.

Она шла за Эйной шаг в шаг и глазела по сторонам. А посмотреть было на что. Огромные широкие коридоры, стены, украшенные искусной мозаикой, лепнина на потолке. Под ногами лежали мягкие пушистые ковры, а путь освещали изящные медные фонари.