Кредо дракона, или Академия особого наказания

– Да, – согласился кто-то из толпы, собравшейся вокруг моих художеств. Я с гордостью перевела взгляд на стену и умилилась, иначе не скажешь. Перечеркивающая череп полоса сильно портила эффект. Иначе мою настенную живопись точно можно было назвать шедевром.

– Итак, – начал свою затяжную речь отец Ан’Шуата. – Нашей академии, по-видимому, объявили войну? Как вы думаете, так ли это?

Чуть не прыснула от смеха. Но только я одна. Кругом же царило напряженное молчание. А взглянув на свои грязные, испачканные краской руки, быстренько прикусила губу, чтобы не взвыть на весь холл от досады.

А на вопрос ректора так никто и не ответил. Поэтому отец Шуата решил зайти с другой стороны:

– Кто мне скажет, что означают эти художества?

– Может быть, это какой-нибудь символ столичных академий Ан’Рогу или Эн’Зизоль? – робко предположил кто-то из впереди стоящих.

– Или же это просто чья-то злая шутка, – добавил Ан’Гуэр, подозрительно сощурив свои карие глаза с маленькой сеточкой морщинок на веках.

– А еще этот кто-то взял и оставил непонятное нечто: то ли сожженное, то ли расплавленное, вот здесь, – говорящий ткнул пальцем в застывшую лужицу расплавленного металла. Невольно нашла взглядом Шу. И, что удивительно, наши взгляды встретились. Улыбнулась ему беззлобно. А он взял и отвернулся.

Обиделся?

– Что ж, если никто не хочет сознаться, – и тут ректор будто ударил меня под дых следующими словами, – то прошу вытянуть руки вперед.

Я затаила дыхание от страха.

– Стойте! – выкрикнул вдруг Ан’Шуат. – Это я.

Облегченно выдохнула. В кончиках пальцев почувствовалось противное покалывание.

– Да? – Ректор сделал вид, будто удивился. Вот только играл он очень и очень плохо. – И ты один все это провернул? – не унимался отец моего спасителя.

– Да, – согласился Шу.

А я невольно потупилась, чтобы не встрять в разговор из-за проснувшейся так некстати совести.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

– В таком случае, Эн’Айри Дрейкон, Эн’Раула Хоркин, Эн’Сиера Зальц, прошу вас подойти.

– Стойте! – выкрикнула я. – Они ни при чем. Это целиком и полностью моя задумка, идея, творение.

И все-таки я созналась…

– Вот как? А я всего лишь хотел узнать у вас троих, где вы вчера пропадали во время поднятой тревоги. Но раз уж вы, Айри, так любезно сознались, то пусть будет по-вашему, остальные свободны. А ты, сын, и вы, пылающая младшая Дрейкон, останьтесь узнать о своем наказании.