Слёзы любви

Они заговорили на языке гётов, думая, что я не понимаю. Но я отчётливо поняла, что Эльрик и Кнут, говорили, что я их, и меня они ему не отдадут. Ангар, это голубоглазый мальчишка, говорил, что я ему улыбалась и значит, я буду играть с ним. Слово за слово и вспыхнула драка.

От неожиданности я отпрыгнула в сторону, мальчишки сцепились и покатились по земле. Не знаю откуда, прибежали двое незнакомых, немного постарше нас мальчиков. Драка разрасталась, а я выйдя из ступора, закричала.

- Перестаньте, перестаньте.

Но видимо меня не слышали, мальчишки катались по земле, награждая друг друга тумаками и пинками. Что предпринять, я не знала, но пыталась, подскочив растянуть их в разные стороны.

- Эльрик, Ангар прекратить! - голос за спиной, заставил меня вздрогнуть и застыть.

- Встали и пошли за мной, - я боялась даже посмотреть на Свирепого.

- Отец, он... - это заговорил Эльрик, вытирая рукой, окровавленный нос.

- За мной, живо! - он не хотел слушать его оправдания.

Они уходили, я долго смотрела им в след, переживая за то что братцу сильно достанется. Почему-то мне казалось, что виновата я. Откуда только взялся, этот противный голубоглазый Ангар?

На следующий день мне рассказали, что конунг гётов уходит в дальний поход, все прибывшие пойдут с ним, в том числе и Ангар. Как оказалось, Эльрик должен был пойти с отцом, но в наказание за драку, конунг Сверр, оставил его дома.

Когда варяги ушли, я только тогда решилась выйти во двор, мне хотелось поддержать Эльрика. Я нашла его у любимого места, всё того же старого сарая, где когда-то я увидела его в первый раз.

- Эльрик, ты как? - подбежала к нему.

Он повернулся ко мне, в руках его был ножичек, который он до этого метал в ограду. Смотрел, немного нахмурив брови. Потом отвернулся и метнул ножичек в забор, я проследила глазами за его полётом.

- Сестра, я никогда не отдам тебя Ангару, - впервые в его голосе я услышала холодную жёсткость.

- Хорошо братик, - согласно кивнула головой.

[1] Например, святому Олаву было только 12, когда он попал на корабль, которым командовал его приемный отец, и еще подростком (все юношеские годы он провел в набегах) сам стал вождем.