Семь братьев для Белоснежки

Как будто он отвлекся на собственные мысли и теперь не понимал, о чем она говорит.

- Ну да, - подтвердила Алена. – Она сегодня сидела у меня на постели, когда я проснулась. Только не пойму, как она зашла в комнату. Двери – и в коридор, и на веранду – были закрыты.

Алена задумчиво помычала в сторону и вслух предположила:

- Наверное, утром папа заглядывал, а она прошмыгнула.

Влад склонил голову набок, рассматривая Алену так, как будто только сейчас впервые увидел ее. Длилось это, впрочем, недолго. Он улыбнулся и ответил:

- Да, наверное, так и было.

- Хм, - озадачилась Алена. – Ладно. Если придет что-нибудь в голову – дам ей имя.

Влад вдруг посмотрел в сторону дома и сказал:

- Девять пробило. В девять мы собираемся к завтраку. Пойдем? Ты, наверное, еще не знаешь, где столовая.

Алена удивилась. Еще несколько минут назад до ее ушей долетали звуки фортепиано. Сейчас было тихо. Она не слышала боя часов, вероятно, у Влада слух был намного лучше, чем у нее.

Следуя за Владом, Алена подумала: и он, и Митя отнеслись к ней очень хорошо. И не похоже, чтобы это отношение было неискренним. В таком случае, почему Егор ее так возненавидел с первого взгляда? Судя по всему, дело не в ней, а в нем.

На этой мысли Алена почувствовала себя лучше. Если она не имеет к этому отношения, то переносить его враждебность будет легче.

Когда они вошли в дом, мимо ног Алены трусцой пробежал Шумка и, запрыгнув на одно из кресел гостиной, улегся там поудобнее.

- А вот столовая, - сказал Влад, указывая на распахнутую настежь дверь.

Они уже собирались входить, но, услышав голос Альмы, оба, не сговариваясь, остановились.

- Алена теперь ваша сводная сестра, - говорила Альма. – Надеюсь, вы полюбите эту девочку, как если бы она была вам родной. Я очень хочу, чтобы мы стали одной семьей.

Алена и Влад обменялись взглядами. Судя по спрятанной в уголках губ улыбке, Владу было неловко стоять рядом с Аленой, но при этом, как и ей, войти сейчас в столовую тоже было неловко.

Алена нахмурилась, вспомнив, как папа вчера сказал ей то же самое о ее сводных братьях.

«Наверняка папа и Альма обсуждали это, прежде чем внушать детям новые семейные ценности», - ехидно подумала она, обижаясь на отца – теперь он обсуждал такие вещи не с ней, а со своей новой женой.