Аромат смерти, страсти, любви. Нужно подчеркнуть

Я понимала, что он ушел справляться с этим всем сам. Так, как привык. По-мужски. До разодранных в щепки стен того самого тренировочного зала, на который я наткнулась.Но от этого было не легче.

День тянулся невозможно долго.

Вальденгард, очевидно, не одобрил мой выходной, выразив это в количестве заданного, превысившего старое вдвое. Просидела за занятиями почти до вечера, периодически прислушиваясь к тишине дома. Но Грэгхан вновь словно растворился в нем.

Старательно переводила мысли на предмет загадки матриц и их мистического необъяснимого поведения.

Я даже нашла в себе мужество вскрыть одну коробку со своими вещами... Поводом оказались выданные Грэгханом утром новые таблетки. Противозачаточные. И я надеялась, что те, кто собирал мои вещи из дома, положили аптечку к моим вещам. Надежды оправдались: где-то ближе ко дну первой коробки я обнаружила маленькую синюю сумку.

Противозачаточные подобрать не просто, я сама намучилась с их выбором. Поэтому, принимать новые не собиралась. Я нужна была себе в нормальном настроении и с нормальным либидо, а не в виде студенистой массы, расплывающейся по всем поверхностям, с которыми сталкивалась. За циклом я следила: опасные дни наступят только через неделю, а за это время таблетки начнут действовать.

Покончив с этим занятием, я спустилась в пустую гостиную. Странно, что Аллан так и не появился за весь день. Без его суеты здесь было пусто и неуютно. Потоптавшись перед камином, я вернулась к себе, приняла душ и улеглась под одеяло слушать музыку. Так и лежала с закрытыми глазами и наушниками, когда вдруг почувствовала, как продавливается кровать.

Грэгхан раскрыл меня и подхватил на руки.

Если бы он хотел мне что-либо сказать - дал бы знать. А так он просто принес меня к себе в спальню, уложил на свою кровать и стянул с меня мою огромную футболку вместе с наушниками. Затем прижал к себе, удобно устраивая в своих руках, и затих.

Вот так, без слов. Просто «будь со мной», просто «нужна». Я долго гладила его руки, давая понять, что буду. Я уже не могла по-другому.

Если Вальденгард и был недоволен вчерашним прогулом, то виду не показал.