Зелье Миранды

Дверь распахнулась, и Дирк точным движением кулака, заехал вору прямо в челюсть, отталкивая его в сторону. Потом выскочил наружу, и я вздрогнула от дикого крика другого разбойника.

Если Фанни забилась в угол экипажа и дрожа прижимала руки к сердцу, то я не могла сидеть внутри. Мне просто необходимо было выйти следом за Дирком. Защитное зелье лежало в кармане платья, и, в конце концов, пора уже им воспользоваться.

Крис связывал тщедушного паренька, который тихо мычал от боли. Черная повязка с лезла с лица, открывая веснушчатый нос и багровый синяк на скуле.

На земле валялся огромный толстяк с топором в руках. Дирк, сидя на карточках, разглядывал лицо разбойника.

— Миранда, помоги завязать узел, никак не выходит, — попросил Крис, заметив меня. Парень еще больше выпучил глаза, когда я подошла. Друг так замотал веревкой молодого разбойника, что тот вообще не мог шевелиться, и казалось, сейчас упадет.

— Ты зачем ноги ему связал? — тихо спросила у Криса.

— Чтобы не сбежал! — Друг погрозил парнишке кулаком.

— Плохо монахини научили тебя смирению и послушанию, — едко заметил Дирк, наблюдая, как главарь-неудачник банды приходил в себя.

— Ну почему же, я научилась с улыбкой терпеть боль.

Особенно когда отваливалась спина, потому что вчера ты перетрудилась в поле, а тебя ждала сестра Сара, и ты не могла пропустить важный урок по зельеварению.

Я не жаловалась, просто сказала, как есть. Маг хмыкнул, забирая топор у толстяка, и тут разбойник открыл глаза. Безумные мутные белки оказались покрыты черными венами. Толстяк зарычал и попытался встать, вскинув руки к шее мага, но Дирк ударом в челюсть отправил разбойника снова в небытие.

— Что с ним? — испуганно воскликнула, отскакивая в сторону. Маг неторопливо поднялся и тоже сделал несколько шагов назад.

— Подержи-ка, — произнес Дирк, отдавая мне тяжелый топор, и, не отводя взгляда от лежащего на земле толстяка, крикнул: — Крис! Проверь глаза у второго.

— Все в порядке, — ответил друг детства и снова показал испуганному пленному кулак.

«Ну Крис, тот и так еле стоит на ногах и то потому, что ты его держишь. Напугал так, что горе-разбойник дрожит, как лист на ветру».

Толстяк на земле заворочался, зарычал, как раненый зверь. Лицо сильно опухло, глаз заплыл. Разбойник пытался подняться и словно не понимал, где он.