Зелье Миранды

— Прощайте. — Я не удержалась, выглянула в окно и крикнула: — Спасибо за все!

Юркнула внутрь с бешено бьющимся сердцем. Подружка продолжала прижимать мешочек с монетами и свою сумку. Если у меня внутри бурлила энергия, адреналин разгонял кровь по венам, и я мечтала как можно быстрее оказаться в столице, то страх и неуверенность Фанни легко читались по выражению ее лица.

— Миранда, я никогда не думала, что отправлюсь так далеко. В столицу, где живет сам король, да еще с попутчиками-мужчинами. Если бы узнала настоятельница, то сидеть мне месяц на хлебе и воде да всю ночь читать молитву Создателю.

— Фанни, все будет хорошо. Мы остановимся у флерессы Форм, попросим ее помочь нам записаться на аудиенцию к королю, а там я упаду к нему в ноги, все расскажу, и Его Величество аннулирует договор, который я подписала.

— На словах так просто, — пробормотала подружка. — Я до сих пор полет не могу пережить, все трясется внутри от страха. А твой Дирк ехидненько так улыбался. Монахиня Сара говорила, сильный маг — опасный маг.

— Фанни, он не мой, и у нас с Дирком чисто деловые отношения. Он нам нужен, чтобы добраться до столицы, а там я быстренько сварганю ему зелье, и все, пока, флерон-задавака. Не забывай, с нами Крис, а его я знаю с детства. Он вредный, но надежный друг.

— Крис тоже маг?

Фанни начала приходить в себя и отдала подарок доктора Феммета. Монеты жалобно звякнули в бархатном мешочке, когда я задрала подол платья и спрятала деньги внутри чулка, в специальном кармашке.

— Нет, он из простых. Флерон Феммет — наш семейный доктор, он и Криса заставил обучаться врачеванию, — ответила, поправляя платье.

— Миранда, я никогда не видела такого жуткого чудовища. — Фанни вдруг зашептала, придвигаясь ко мне поближе.

— Я тоже так думала, Дирк вовремя появился.

Подружка согласно кивнула и, немного осмелев, отодвинула шторку и посмотрела в окно.

— Долго нам ехать? Я никогда не была в столице, даже не верится.

— Я была один раз и то очень давно, — печально произнесла, стараясь отогнать воспоминания о маме. Сейчас было не время грустить. — Дней пять или шесть.

Вскоре Фанни задремала, голова ее упала мне на плечо, и девушка засопела.