С точки зрения Чудовища

То ли Жель был крайне убедителен и настойчив, то ли Верховный Освященник и впрямь беспокоился о каждом приходе, но он лично нанес визит в Малую Долину, проникся увиденным, и значительная сумма денег проплыла мимо главного храма Аски прямиком в скромный деревенский приход.

На остаток средств Жель организовал кружок при приходе, где занимался с детьми. Учеников было крайне мало – родители полагали, что в деревне больше пользы в том, чтобы ребенок помогал по дому или отцам в работе, чем слушал про непонятную ботанику с хеографией.

Исабель любила приходить слушать рассказы освященника, он знал о мире, пожалуй, даже больше, чем ее мать. Жель же, найдя в девушке пытливый ум и внимательного слушателя, проявил к ней внимание и даже взял на себя труд оценивать ее достижения в росписи посуды.

- Что-то не так? - освященник заметил, что Исабель не сводит с него взгляда.

Девушка очнулась от раздумий.

- Хотела сказать спасибо, что взялся проводить отца до города, - ответила она. – Для меня это очень важно.

Жель подошел ближе.

- Я знаю, - спокойно ответил он. – Твоя дочерняя любовь – образец искренности, - освященник взял Исабель за руку. – Я удостоверюсь, что твой отец устроился в лечебнице как надо, прежде чем вернусь.

Ладонь Желя была тяжелой и неожиданно горячей. Исабель моргнула и осторожно высвободила руку.

- Ты ведь ходила в дом виконта, не так ли? - поменял неожиданно освященник тему.

- И что ты скажешь? – Жель вперился в лицо девушки испытующим взглядом.

- Я взялась помогать на кухне и по дому, - соврала Исабель.

- Значит, ты не видела виконта? - продолжил допытываться Жель.

- Нет, мне это ни к чему, - зачем-то снова соврала девушка. Взгляд освященника смягчился.

- И не надо. Старость тоже бывает порочна, - Жель снова взял руку Исабель в свою.

- Ты честная и чистая девушка, Исабель, и я думаю, я могу быть спокоен: порочность поместья не коснется тебя.

Исабель смутилась.

- Я пойду, проверю, как отец, - пробормотала она и поспешно вышла.

Мелех сидел на самой большой корзине, сосредоточенно глядя перед собой и бормоча дорожный заговор богине Ирсе. Мужчины обычно обращались к Ярсу, но гончар считал, что женщина всегда охотнее откликнется на просьбу даровать благополучное возвращение к своим близким.