Наследница проклятой крови

Смогу ли я однажды так же полюбить этот мир?

– Ты говоришь так, словно в этих местах расцвела твоя душа, – улыбнулась я, наблюдая как мои непослушные локоны покорились умелым рукам Анны и превратились в аккуратную, пышную косу, спускающуюся до самого пояса.

Я с опаской взяла флакон с сурьмой и начала не спеша подводить глаза: опыт у меня был, на выступлениях часто приходилось наносить макияж, но такую косметику я держала в руках впервые.

– Мое превращение в вампира сделало своё дело, мне пришлось вливаться в чуждый людской мир, и, должна сказать, я набила множество шишек, прежде чем почувствовала себя здесь как дома.

– сказала Анна с лёгким вздохом.

– Ты говорила про этих лордов, что стали вампирами. Но кто их обратил? – спросила я.

– Хоть Лорд и ему подобные зовутся первородными вампирами, доподлинно известно, что они не были родоначальниками этой расы. Эта история покрыта ореолом тайны, высший совет вампиров тщательно оберегает информацию от лишних ушей, – ответила мне вампирша.

– Высший совет вампиров? Кто они? – я была заинтригована.

– В своём большинстве первородные вампиры. Многие из них правят провинциями Арванда. В нашей стране нет короля или лорда-правителя, есть совет. Когда-то Лорд Сторм состоял в нём, но однажды им стало не по пути. Не могу винить его за это, большинство из совета утратили свою человечность много зим назад. Однако многие представители нашего вида отдали бы всё, чтобы стать членами высшего совета. Власть, богатство… Если верить Лорду Сторму, то когда-то первородные вампиры были просто людьми, это ли не доказательство того, что люди даже после смерти стремятся к этим порочным благам? – Анна невидящим взором смотрела перед собой, задумчиво теребя манжет на платье.

– Разве вы мертвы? – удивлённо спросила я. Мне вспомнились ледяные прикосновения обитателей замка. Переведя взгляд на Анну, я только сейчас обратила внимание: вампирша была куда бледнее меня, хотя я с детства была на редкость белокожей.

– Чтобы стать теми, кем мы являемся, сначала нужно умереть, а потом воскреснуть.

Кто мы, если не живые трупы? Мое сердце бьётся лишь несколько минут в сутки, когда я пью кровь. Мне не стать матерью, не состариться рядом с любимым человеком, не завести друзей – они все умрут. Моя магия почти покинула меня. Я не жалуюсь, Ада. Я давно свыклась со своей участью, и, в конце концов, у каждого свой путь, как бы тернист он ни был, – Анна улыбнулась одними уголками губ.