Его невинная Алая

Раньше я за собой подобных наклонностей не замечала. Я всегда была спокойным и рассудительным ребенком, но не сейчас. Теперь мне открылась новая сторона демонического наследия.

– Видимо, ты не очень хочешь встречаться с матерью, – с некоторой долей веселья произнес отец, кусая губы, чтобы скрыть улыбку.

Ему, может, и было забавно, учитывая, что я впервые была столь разгневана, однако мне сейчас было страшно.

– Ты же не отправишь меня к ней, да? – с надеждой в голосе спросила я, заглядывая в черные глаза отца.

Я всеми правдами и неправдами собиралась избежать этой злополучной поездки и встречи с матерью.

Только неАндрог, только не к ней! Лучше по битому стеклу босыми ногами пройтись, чем это!

Никогда!

Внутри меня все пылало от волнения и злобы, что охватили юное тело. Я скрипела зубами, будто это могло чем-то помочь, сжимая кулаки, и вымещая сдерживаемый гнев на подлокотниках. На них сейчас остались длинные, глубокие борозды от моих демонических когтей. Вот только что-то мне подсказывало, что даже такое поведение не особо мне чем-то поможет.

– Прости, милая, – грустно отозвался отец, в нервном жесте касаясь своего черного шелкового галстука в серебристую косую полоску. По его голосу я уже поняла, что выбора у меня не осталось – придется отправляться в путь. – Но согласно традициям и нашему договору с Жаситой, тебе, к сожалению, придется поехать в Андрог, – глава УР просто убил меня этими словами, и я поняла, что сбежать уже не получится. Даже если я покину Аш, скрываясь в запретных мирах, меня все равно найдут и вернут к отцу.

– На полгода? Ты шутишь? – вспыхнула я от негодования, вскакивая с кресла и упираясь ладонями в крышку отцовского стола. Мои алые, словно адово пламя волосы пышной вуалью опустились на хрупкие плечи. Меня трясло от злобы, что клокотала в груди, пытаясь пробиться наружу и опалить своим жаром все вокруг, включая собственного родителя.

– Милая, я понимаю, что тебе сейчас хочется всех уничтожить и меня в том числе, а еще сжечь на своем пути все преграды.

– Что еще за документы? – едва не вскрикнула я, пытаясь докопаться до истины. – Я не понимаю, – я устало упала в кресло, и сейчас мой голос был скорее безликим, нежели злым.