Его невинная Алая

Два таких контрастных ощущения – ледяной камень и жаркое тело, а я между ними… Это заставило меня выгнуться навстречу Ланселю, питаясь его жаром и прижимаясь своей грудью к его. Он был как огромный пламенный шар, что с каждой секундой пылал все ярче и сильнее, заставляя мой огонь ластиться к нему, подпитываясь и разжигая пожар.

Лансель умел целоваться и на мои откровенно жалкие и неумелые попытки отвечать-сопротивляться реагировал снисходительно, действительно обучая, как неумелую деву. Он словно открывал мне новые грани страсти и игры, которую вел, заставляя меня сомневаться в его искренности, но одновременно с этим терять голову от прикосновений и поцелуев, которые мы с жадностью пили друг из друга.

Мой разум затуманился, а температура в комнате повысилась, казалось на десяток градусов. Мне было жарко, я пылала изнутри, а Лансель, как истинный мужчина-демон принимал все, что дарило мое внутреннее пламя. Я неосознанно провела ногтями по спине Серого, чувствуя, как он выгибался мне навстречу, нисколько не играя, а действительно наслаждаясь процессом нашей актерской игры.

Я уже не была уверена, на самом ли деле за нами следили или это была лишь уловка, чтобы выудить из меня покладистость и новую порцию поцелуев. С трудом, я могла дышать, и когда воздух в легких закончился, мне пришлось оторваться от Ланселя, что был словно наркотик, такой же запретный и желанный сейчас.

Стоило мне перестать чувствовать пряность мужских губ, что сейчас спустились ниже, оставляя влажные поцелуи и грубые метки на нежной коже шеи, как в голове начало проясняться.

– Остановись, – то ли просила, то ли упрашивала я мужчину, в любом случае он не особо обращал на меня внимания, продолжая свое удовлетворение, что было сродни пытке. Я ощущала требовательные губы, что касались открытой кожи, и почувствовала, как Лансель решил избавиться от еще одной моей кофты.

В глазах Серого сейчас не осталось карего или зеленого, лишь зрачки, что заполнили всю радужку, пугая своей бездной и тем, сколько жажды в них отражалось.

– Думаю, что шпион удовлетворился увиденной картиной.