Его невинная Алая

Но отец почему-то не хотел этого признавать открыто. Или дело в том, что он не хотел ранить чувство собственного достоинства моего жениха? Даже странно, он никогда не скрывал своих эмоций и был слишком прямолинейным.

Ладно, потом поговорю с ним на эту тему. Что-то отец темнил.

– Джесс, тогда перенесешь нас с Крайсом в Палату Лиги? У них сейчас время обеда, как раз отличный шанс испортить им аппетит и собрать их сразу всех в одном месте.

– Без проблем, – я с готовностью кивнула и поднялась на ноги, поправила, чуть измятую синюю юбку в пол, огладила шелковую бежевую блузку с длинными рукавами и улыбнулась.

Было приятно вернуться к своей любимой, строгой и изысканной одежде. А то со всеми этими стрессами, я временами начинала чувствовать себя парнем.

– Пап, если несложно, то свяжись с Жаситой и поговори по поводу подозреваемых в убийстве Второй Андрога. Не хочу, чтобы кто-то еще пришел ко мне выяснять мою причастность к этому происшествию.

– Без проблем, милая, удачи с Лордами, – тепло улыбнулся отец и отсалютовал нам рукой на прощанье.

Положив руки на плечо каждого из мужчин, я закрыла глаза, и представила себе золотую обеденную залу, в которой обычно большую часть времени проводили Лорды. Они постоянно были заняты тем, что ели, пили и одновременно с этим занимались решением насущных правительственных проблем. Правда чаще всего, они просто жрали как не в себя, выпивали несколько бутылок дорого, элитного вина, и засыпали. Часика на три-четыре.

Огненный вихрь подхватил меня и двух моих попутчиков.

Если честно, то было немного страшно и рискованно отправляться с двумя тяжелыми грузами, учитывая, что магия перемещения давалась мне еще с небольшими усилиями. Я хоть и увереннее стала себя чувствовать, но страх перенестись не в то место или застрять в стене все еще не отпускал меня.

Несколько секунд невесомости и стресса и я почувствовала твердую поверхность под своими ногами. А спустя еще мгновение до меня донесся звук двух падающих тел и чертыхания.

– Джесс! – рявкнул на меня обвинительно Крайс, кряхтя и с трудом поднимаясь с пола.

– Прости, – искреннее извинилась я, краснея от своей оплошности, а после, помогая встать Ланселю с пола.

– А я? – обижено засопел двоюродный брат, который больше жаловался, чем испытывал боль.

– А ты редкостный притворщик, – фыркнула я, закатив глаза и улыбаясь Ланселю. – Ты в порядке? – спросила у дертагорца.

– Да, не переживай.

Но, кажется, мы про кого-то забыли…

А вот они про нас нет.