Левант

Его разум затуманился, а в глазах все поплыло. Воздух, насыщенный дымом, стал особо невыносим, и каждый новый вздох доводил до тошноты. Только редкий дождь, который то прекращался, то снова начинал моросить, приводил в чувство. Бамий цокнул языком, немного размялся в плечах и достал со спины небольшого размера лук и несколько стрел.

- Видно, что подготовился, но стратегия тоже не твое, – спокойно проговорил он.

Стрела начала кружиться в полете. В небольшие отверстия в наконечнике при движение вперед попадал воздух и, выходя, порождал тонкий свист и заставлял её крутиться.

В мгновение Грави всхлипнула от шока. И в этот же миг вражеский снаряд пронзил плечо Роберта, что успел встать в последний момент между стрелой и Каритас. Странник захрипел, но удержался на ногах. Все закружилось вокруг. А разум стал, словно он был во сне, очень неприятном сне. Варвар, что был позади, уже почти добрался до своих жертв. Каритас только и успела произнести не своим голосом имя Роберта, когда вторая стрела попала ему в ногу.

- Ах ты, урод, мразь, – прокричала Грави.

Руки девушки, наконец, стали свободны благодаря мальчику. Она резко сдернула с себя кулон и швырнула его прочь. Изменения обстановки варвар осознать не смог и приблизился уже к свободной рыжеволосой слишком близко. Это стало его последними мгновениями жизни. Упав, он не издал ни звука. Как упала и стрела на таком же расстоянии, что не смогла достичь цели. Бамий немного постоял спокойно с прежним взглядом и наблюдал картину, как Каритас крутилась вокруг странника и что-то не останавливаясь говорила.

Вожак достал стрелу с необычным наконечником, поджег его и выстрелил в небо. После этого он развернулся и пошел, не оборачиваясь.

- Ты куда собрался, иди сюда, – закричала Грави, увидев уходящего варвара.

В небе раздались раскаты грома, но для Роберта они показались неестественными. Как и все вокруг, смутное и непонятное. Как и локон огненных волос, что прокатился мимолетным касанием по его лицу. Как и прикосновение жарких ладоней девушки, что потерялись в омуте боли.

Но, как и все, что он чувствовал, начало куда-то уходить и колючая боль тоже.

- Давай же, Роберт, нужно идти, – Грави проговорила, не пытаясь скрыть слезы.

- Они вернутся. Уходи с мальчиком, быстрей, – Роберт с трудом проговорил, хрипя и стоная.

- Нет уж, господин ты мой хороший. Уйдем вместе. А этих я тут порешу всех, – Грави попыталась посадить странника, но не смогла и капля слезы упала на его лицо.

- Нет, Грави, хватит.