Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона

Дэйн пододвинул ко мне тарелку с аккуратно нарезанными кусками мяса, вытер пальцы о тряпочку, которую Замок-Артефакт услужливо ему преподнёс, и продолжил свою речь:

— Я виноват перед тобой, Роника, и я, — каждое слово, похоже, давалось гордому дракону с трудом, — прошу прощения.

Скрывая улыбку, я склонилась над тарелкой и попросила у Замка-Артефакта «какой-нибудь соус, как у господ». Тот немедленно исполнил мою просьбу и щедро полил все куски белым соусом, едва не забрызгав мне платье.

— Я постараюсь простить вас, Дэйнхар.

— Можешь говорить мне «ты», — поправил собеседник, — мы, так или иначе, связаны настоящей нитью, а значит, на равных.

Я покосилась на него:

— Нелегко быть на равных с человеческой женщиной, а, Дэйн? Ты же привык относиться к нам, как… к животным, наверное?

Дэйн покачал головой. Его искренний тон и прямой взгляд убедили меня лучше любых слов, что он говорил правду:

— Нет, Роника, я не Инор. Я никогда не думал, что вы, люди, намного хуже нас только потому, что у вас нет магии и вы не умеете летать.

Просто вы — другие. Мне сложно объяснить, — он потёр ладонью лоб и явно хотел сказать что-то ещё, но я опередила его:

— А и не надо объяснять. Давай сначала трапезу закончим, потом уже договорим.

Когда перед нами стояли фарфоровые чашки с чаем — на этот раз чёрным и очень крепким, — я спросила:

— А за то, что бросил меня в подземелье, хотя я ничего не сделала, ты себя виноватым не чувствуешь?

Дэйн посмотрел мне в глаза.

— Роника, ты клянёшься, что не имеешь никакого отношения к людям, которые затаили злобу против нас, драконов? Поклянись, и с этим тоже будет покончено.

Я подумал, что, если серьёзно ошибся в одном, то мог ошибиться и в другом.

Я не отвела глаз. И сжала руку Дэйна недрогнувшими пальцами:

— Торжественно клянусь, что никогда ничего не замышляла против драконов. А особенно — против тебя. Ты забыл, что я тебя спасла?

Дэйн как-то неловко усмехнулся.

— Не забыл. Но ты — загадка, Роника. Ты из другого мира, ты быстро делаешь успехи в магии.

И самое главное, — он накрыл мою руку, державшую его пальцы, своей ладонью, — ты занимаешь мои мысли всё больше и больше. Как не подумать, что это сговор, какой-то план… с неизвестной мне целью?

Глаза его горели непонятным огнём, от которого мне стало жарко. Облизнув губы и отдёрнув руку, я пробормотала невпопад:

— У тебя опять верхние пуговицы на рубашке расстёгнуты. А ещё что-то про мои платья гово…

Я не успела закончить фразу.