Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона

Помнится, Гэрхол говорил, что… Так, нельзя при Дэйне вспоминать то, что было в лесу! Сейчас же купола нет! Чувствуя попытки дракона прочитать мои мысли, я с силой оттолкнула его, а затем улыбнулась сладчайшей улыбкой:

— Видишь, я не только в боевой антимагии совершенствуюсь.

— Вижу, — после недолгого замешательства Дэйн вновь заговорил беззаботно, как ни в чём не бывало. Из кулака у него свисала лента моего талисмана. — Ты не представляешь, Роника, как я рад твоим успехам!

«Отчего же, представляю».

— Да, получается, что этот талисман не влияет на твои умения, — Дэйн подошёл и стал надевать мне ленточку на шею. Провёл своими сильными, горячими пальцами по моей коже, заставляя сердце биться чаще. — Ты — волшебница безо всяких артефактов, Роника. Редкая, удивительная.

Он обхватил меня руками, поцеловал в висок.

— И ты — моя невеста. Драконья невеста.

— Тебе так ничего и не удалось разузнать о нашей нити? — спросила я, закрывая глаза. Вот бы и разум свой закрыть, не думать ни о чём и полностью отдаться чувствам. Если б ещё они не были такими двойственными…

— Увы, нет. Знаешь что, Роника? За многие столетия ни у одного дракона не было связующей нити с человеком из нашего мира. Что, если ты стала исключением именно потому, что ты чужачка? И разгадку нужно искать не у нас, а у вас?

А ведь и правда! Гэрхол упоминал, что и в нашем мире когда-то существовали драконы, просто их истребили давным-давно.

— Вопрос в том, как попасть к вам, — Дэйн вдруг усмехнулся. — Не просить же Хэльгрена, вернее Хэг-Дааля опять вызвать демонов. Он придёт в ужас, узнав, что в прошлом занимался такими делами.

— Демонов? — пробормотала я. — А при чём тут… Это из-за них открылся проход в мой мир?!

— Ну, судя по тому, что я слышал в небесном дворце, да.

Как наяву, вспомнился рассказ Гэрхола. Моя мать, Верховная жрица, вместе с корзинкой отправила меня в прореху между мирами, а сама спастись не успела… Вот оно как. Забавно, но походило на то, что своей жизнью я обязана злобному дракону, погубившему многих других людей. И, спасая, в свою очередь, его самого, я всего лишь вернула долг.