Кодекс дракона

Не хочу! Не хочу становиться нечистью! Не желаю погибать столь жутким и глупым образом – когда противник скрывается внутри тебя!

Что‑то легонько прикоснулось к моему лбу. Я широко распахнул глаза, пытаясь сообразить, где нахожусь. В мышцах разливалась постыдная слабость после приснившейся выматывающей схватки. В комнате было темно из‑за предусмотрительно захлопнутых ставней, поэтому мне никак не удавалось рассмотреть, кто именно вырвал меня из цепких объятий жуткого виденья.

– Шени, ты стонал во сне, – укоризненно проговорил знакомый голос.

– Флокса. – Я перехватил ее руку и легко повалил подругу на постель. – Как я рад, что ты пришла!

– Да я вижу. – Флокса уперлась мне в плечи, отстраняясь. – Шени, что с тобой происходит?

Вместо ответа я зарылся носом в душистые пушистые волосы девушки, с легкостью преодолев ее сопротивление и чувствуя, как уходит ощущение безысходного ужаса. Как никогда ранее хотелось насладиться горячим женским телом и обжигающими поцелуями.

– Шени. – Флокса крепко стукнула меня по слишком настойчивым рукам. – Что ты задумал?

– Я соскучился, – вяло попытался я оправдаться, сражаясь с неуступчивой застежкой ее платья. – Флокса, неужели не сделаешь одолжение старому другу?

– Не сделаю. – Она яростно заработала локтями и коленями, выбираясь из моих объятий. Схлопотав несколько весьма болезненных ударов, я сдался и отпустил ее.

Получив свободу, Флокса тут же встала и настежь распахнула ставни, впустив в темную комнату теплые солнечные лучи. Я заморгал, пытаясь справиться с невольными слезами от перемены освещения. Затем недовольно цокнул, примерно оценив время. По всей видимости, спать мне пришлось часа три‑четыре, не более. Демоны, лучше бы вообще не ложиться! Пожалуй, я ни разу в жизни не чувствовал себя настолько разбитым и уставшим, словно в самом деле сражался с дарманом за право обладать собственным телом.

– Ты выглядишь отвратительно, – подтвердила мои худшие опасения Флокса, возвращаясь и присаживаясь на краешек кровати, предусмотрительно стараясь держаться вне досягаемости моих рук. – Краше только на погребальный костер кладут. Шени, ты здоров?

– Вполне, – промямлил я. Потянулся, затем раздраженно скомкал и кинул на пол мокрую от пота простыню. Если так дело дальше пойдет, то я разорюсь на прачке. Каждый день приходится белье менять.