Обсидиановые звёзды

Дир сжал губы и кулаки, но в драку не лез. Только смотрел на них с плохо скрытым злорадством.

— Интересные дела тут творятся, — усмехнулся он. — Не должен ли ты сейчас подыхать?

— Поверь, сил надрать тебе зад у меня хватит. И мне император поверит. Вовремя я очнулся.

— Посмотрим-посмотрим.

От торжества во взгляде Дира тошнило.

— Что-то плохо тебе перевязывают раны.

Бинты совсем съехали на груди Кея, обнажая плечо, на котором должен быть едва заживший рубец от удара кнутом. Эйбис затрясло. Она поняла, на что намекал Дир.

— Пошел вон, — сквозь зубы процедил Кейас.

Дир ничего не стал говорить. Хмыкнул, пошел к двери, отодвинул засов и скрылся, насвистывая себе под нос мелодию.

— Карающий, — застонал Кей, обнимая плачущую Эйбис. — Я так испугался за тебя, любовь моя.

— Кей, Кей, — всхлипывала Би, прижимаясь к мужчине. — Он понял. Он увидел. Что теперь делать?

Так до Бездны страшно за него. Не за себя, а за мужчину, в которого как оказалось она влюблена, пусть поздно поняла это. Кейас прижал ее к себе теснее, поцеловал в макушку и сквозь зубы ответил:

— Бежать надо, Би.

Ему не понадобилось ни такта времени, чтобы принять решение. До сих пор шумело в ушах, а руки сжимались в кулаки, как только вспоминал испуганный крик Эйбис. Будто мир потемнел за мгновение — такой силы был страх. Его девочка совсем недавно хохотала и млела от поцелуев, а сейчас плачет, прижимаясь к нему, испуганная и расстроенная. Как только сдержался и не убил того придурка? Наверное, если бы Дир дернулся, попытался напасть, Кейас свернул ему шею голыми руками.

Он видел, что Эйбис сомневалась в принятом им за двоих решении. Она мялась, переспрашивала, терзала вопросами.

Куда бежать? Как? А что если не получится? А может ему попробовать дальше играть роль больного, ведь уже столько времени прошло, и внезапное пробуждение Кейаса не вызовет ни у кого подозрений?

Кей понимал Би, если их поймают, то уже никакие оправдания не помогут. Его повесят, а что сделают с Эйбис, даже боялся представить. Но от одной мысли, что Дир будет и дальше распускать руки, а вскоре и на законных основаниях, в душе просыпалась первобытная ярость и требовала крови будущего императора.

Кейас не мог смириться с этим и не хотел. Не после того, что сегодня произошло и в спальне, и в гостиной, поэтому решительно отвергал ее сомнения.

— Попробуем уйти за стену, Би, — пояснял мужчина, глядя принцессе прямо в широко распахнутые глаза. — Ночью. Все равно Дир раньше не доберется до императора.