Обсидиановые звёзды

— Не полагается ли тебе лить слезы в три ручья и менять мне повязки?

— Не будь такой занудой. В доме никого. У императора какой-то важный прием сегодня во дворце Солнечных бликов, поэтому все там. Твоя мать ушла на рынок, а отец с утра гоняет своих воинов на ристалище. Так что мы здесь совершенно одни.

Кей знал, что ничего Эйбис не вкладывала в эти слова, но почему-то стало жарко. Одни в доме, в спальне. Он вполне здоров, а Би так близко и уже совсем не невинна. Даже ладони зачесались от желания ее обнять. Кей сжал руки в кулаки.

Нельзя. Никогда больше не посмеет коснуться ее, чтобы не навлечь беды.

А принцесса как назло стащила с него одеяло, обнажая голый, но еще плотно забинтованный торс. Ткань, которой полагалось скрывать раны на его уже давно зажившей спине, пропитана мазями и отварами, поэтому и благоухал Кей на всю спальню лекарствами. Хорошо хоть Лийера позволяла наведываться в купальню, плотно прикрывая дверь и карауля, чтобы никто не вошел, когда являлась на перевязки. А то благоухал бы явно не травами.

— Поворачивайся, — скомандовала Эйбис. — Мне нужно снять повязки и заменить их.

Мужчина послушался и лег на живот. От ее легких прикосновений мурашки бежали по коже. Эйбис очень аккуратно и умело срезала бинты, снимала повязки. А когда коснулась теплой губкой кожи, Кейас вздрогнул. Полагалось ему стонать от боли, но он едва не замурлыкал от нежных прикосновений любимой девушки.

— Ну, что, все не так плохо, — с издевкой пробормотала девушка. — Жить будешь. Нечего дергаться, будто я, правда, раны обрабатываю.

Зараза языкастая. Знала бы, о чем он думал в этот момент, как млел от ее прикосновений и хотел вернуть каждое касание. Представил, что проводит пальцами по обнаженной спине Би и застонал в подушку. Наваждение какое-то. Будто тот бог из сна ему все мозги наизнанку вывернул, позволил надеяться. Но он просто не имел права трогать принцессу.

Кейас совсем разомлел от легких поглаживаний девушки. Эйбис будто издевалась над ним, провоцируя жар во всем теле.

Он едва сдерживался от порыва заключить вредную принцессу в объятия. Слишком расслабился, забыл, что с Би всегда надо быть начеку. Заревел как зверь, когда пальчики Эйбис перестали гладить его по спине и впились между ребер, щекоча. Изогнулся дугой, пытаясь скинуть ее руки. А девушка хохотала и продолжала его щекотать.

Сама напросилась. Кейас забыл о своих благородных порывах. Извернулся, схватил ее в охапку, как в детстве, и утащил на кровать, нависая сверху.