Обсидиановые звёзды

Но все ее укусы и намеки никак не влияли на мужчину. Ни один мускул не дернулся на лице.

— Принцесса, я понимаю ваше раздражение. Меня не интересует ваше тело. Я просто услышал шаги и решил, что вам нужна помощь. Позволил себе дать совет. Простите за дерзость!

И он легко склонил голову в поклоне, собираясь покинуть келью.

— Как тебя зовут? — вопрос вырвался сам собой.

Мужчина застыл и молчал.

— У тебя же есть имя?

— Мы оставляем имена за порогом.

— И все же? Как тебя звали до вступления в орден?

— Это не имеет значения, — вдруг заупрямился мужчина.

— Я хочу знать, — топнула ногой Эйбис.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга. Взъерошенная и раздраженная Эйбис и невероятно бесстрастный мужчина, слуга веры, проявивший к ней странное участие.

— Лаель, — едва разобрала она шепот послушника и впервые увидела, как он смутился и опустил глаза.

Будто сокровенной тайной поделился, а не просто назвал свое имя. И Эйбис застыла, не понимая, что ей теперь делать с этим выпрошенным знанием.

Тело его не интересует? Чего пялится тогда? Захотелось прикрыть грудь руками. Но Эйбис ошиблась, оценивая направление его взгляда. Из-за ворота выпал камень-талисман на нити. Лаель смотрел именно на него.

— Какого демона, принцесса?! Ты с ума сошла?! — всю его бесстрастность как ветром сдуло, как и почтение. — Сними немедленно!

Эйбис закрыла камень рукой и вытянула вторую вперед, так как Лаель сделал шаг ей навстречу.

— Это мой талисман, — заупрямилась она. — Почему ты мне указываешь?

— Ты знаешь вообще, что носишь на шее? Где ты его взяла?

Лаель будто от изумления забыл и с кем разговаривает и что нужно контролировать эмоции. Он хмурился и поджимал губы.

— Какая разница что? Просто камень. Нашла на берегу озера.

— Это обсидиан, демонов камень. Хочешь, чтоб тебя сразу на костер отправили? Обсидиан поглощает душу, открывает к ней доступ демонам.

Эйбис захлопала глазами потрясенно, но все же сняла талисман с шеи. Жалко было с ним расставаться. Но и спрятать некуда. Служанки унесли все ее вещи после омовения. Лаель будто почувствовал замешательство подопечной и протянул руку.

— Можешь отдать мне, я верну после церемонии.