Обсидиановые звёзды

Ему иногда до безумия хотелось целовать и ласкать девушку и долго-долго не размыкать объятий. Украсть у всего мира. И никогда-никогда не отпускать от себя. Будто от присутствия Би в жизни зависела вся его судьба. Большую часть времени ему удавалось сдерживать свои порывы, но не тогда, когда первые лучи звезды их мира окрашивали горизонт в розовый цвет. Это был час, когда весь мир кричал в голове у мужчины, что Эйбис принадлежит ему.

Он бросил еще один взгляд на спящую принцессу и положил руку на ручку двери, собираясь вернуться к себе, но в коридоре послышались шаги.

Кто-то поднимался по лестнице. И явно не один. И в такую рань имел привычку заявляться только император Иригон. Кей различил его голос, отдающий приказы, и с ужасом понял, что если его застанут выходящим из комнаты принцессы в такую рань, то…

Кей сглотнул. Порка плетью ему покажется лаской. Мужчине ничего не осталось, как затаиться в комнате и дождаться пока Иригон спустится вниз или направится в покои императрицы Лайлы. Кейас понимал, что император никогда не зайдет к своей подопечной без спросу.

Если ему понадобится Эйбис, он пошлет будить принцессу служанку. А мать, которой достанется такая обязанность на правах няни, никому никогда не расскажет, что застала Кейаса в комнате своей подопечной.

Кей старался даже не дышать, чтобы не выдать неосторожным звуком своего присутствия в комнате принцессы. Как назло император, судя по звукам шагов вместе сопровождающим, остановился, продолжая разговаривать возле комнаты Эйбис. Кей четко услышал голос племянника императора Дира.

— Да к демонам эти традиции, дядя, — раздраженно фыркнул Дир в ответ на какие-то слова императора. — Что изменится от того, что я пересплю с ней до свадьбы? Все равно через три месяца она моей женой будет.

— Что в моем приказе тебе непонятно? — рыкнул в ответ Иригон. — Ты три года ждал, подождешь еще три месяца. Ты ее тронешь только после свадьбы, ясно тебе! Найди себе развлечение и успокойся.

Кей сжал кулаки. Как никогда сильно захотелось убить этого придурка.

— Убери тогда этого идиота-илара от нее. Бесит…

— Чем? — хмыкнул Иригон. — Не дает невесту соблазнить? Парень честно выполняет приказ.

В ответ Кейас услышал множество нелестных эпитетов в свой адрес. И последующий за ним звонкий шлепок, видимо, император дал подзатыльник своему племяннику.

— Не смей так выражаться, Бездна на тебя. Ты мой преемник и должен соблюдать заведенные традиции и нормы морали, чтобы держать народ в узде собственным примером.