Обсидиановые звёзды

Она просто сильно переживала, волновалась о нем. Вот и приснился. И нравился… зачем скрывать от себя это. Лаель волновал кровь. И если бы не Кейас она бы добровольно уступила этому мужчине, влюбилась в него. Эйбис смело посмотрела партнеру по танцу в глаза.

Лаель усмехнулся.

— Я очень надеюсь, что и в реальном мире с тобой все в порядке. Я очень волновалась о тебе. Ты помог Кейасу, а сам пропал.

— Не хотел вам мешать, — холодно ответил мужчина. — Слишком велико желание забрать тебя у него.

Ей стоило возмутиться после такого заявления, но почему-то почувствовала странное удовлетворение от его слов, рассмотрев в них скрытое признание.

Наверное, она сильно хотела, чтобы Лаель любил ее. Боги! Она очень испорченная, если любя одного мужчину, мечтает о другом.

— Не нужно так говорить, Лаель, — пробормотала она, снова краснея. — Мы все с тобой обсудили.

— Все ли, моя Бездна? Или ты сама не знаешь, чего хочешь? Мне приятно видеть тебя в таком виде. Но… Боги! Эй-бис, я же не железный. Ты не представляешь, как мне хочется все это с тебя снять.

Ты невероятно соблазнительна, яркая моя. И не нужно возмущаться, — весело поддел он, заметив возмущенный и смущенный взгляд, — меня здесь нет. Это фантазии одной испорченной принцессы. Именно это ты хотела услышать.

Возмущение и протест схлынули, будто их не было. Нужно проснуться и прекратить эту пытку ее подсознания. Но как она не пыталась, Лаель никуда не делся. Они уже не танцевали. Замерли в объятиях друг друга. Лаель смотрел с нежностью и желанием. Взгляд его переместился на губы.

Эйбис невольно их приоткрыла, чувствуя приятное покалывание.

Да, Бездна и ее демоны, она хотела, чтобы Лаель ее поцеловал. Это же во сне. Это понарошку. Пусть ее фантазии выплеснутся так, а не в реальном мире. Мужчину не нужно было просить. Будто мысли ее прочитал. Его губы коснулись ее рта, сперва осторожно, а после, когда она ответила, смели страстным напором, вытесняя все мысли из головы новыми приятными ощущениями. Эйбис вцепилась в его плечи. Лаель впечатал ее в себя, прижимая так крепко, что дышалось с трудом.

Он оторвался от губ только для того, чтобы осыпать поцелуями шею, зону декольте.

— Яркая моя, — мурлыкал он. — Как бы я хотел, чтобы это было в реальности.

— Лаель, — выдохнула она, когда его ладонь обхватила грудь, пытаясь освободить ее от плена ткани.

Лаель закрыл ей рот поцелуем, прижимая к себе теснее. Реальность поплыла.

Вдруг Эйбис сквозь сон осознала, что ее целуют на самом деле. Ласково, нежно и страстно.