Обсидиановые звёзды

Эйбис пришлось встать на цыпочки, чтобы хоть как-то облегчить боль от врезающегося в шею металла.

Лицо Дира было так близко, что Эйбис видела и его расширенные зрачки и раздувающиеся от нетерпения ноздри. Муж был явно взволнован. И причина крылась в той шкатулке.

— Кто разрешил тебе разговаривать, дрянь?! — рявкнул он прямо в лицо испуганной и отчаявшейся девушке. — Открывай, только порченая кровь одержимых способна сломать печати.

Эйбис испуганно замотала головой. Лицо Дира изменилось на глазах. Муж нахмурился, на лице заходили желваки, хватка пальцев стала сильнее.

Дир дернул ее за ошейник, вызвав стон боли.

— Не перечь мне, — прошипел он. — Или я вспомню, что сегодня у нас, дорогая, брачная ночь. И нежен не буду.

Эйбис даже не понимала, что уже просто тихо всхлипывает от боли и ужаса. Одна мысль об изнасиловании вызвала панику. Она пыталась вздохнуть, но только судорожно хватала ртом воздух. Тело трясло и при этом мышцы будто одеревенели, а руки и ноги стали пудовыми. Никогда до этого девушка не испытывала подобного страха.

Она уже готова была умолять этого мерзавца, выполнить все его требования, лишь бы умереть дал быстро.

— Ну же, — надавил Дир. — Или ты соскучилась?

Он обхватил свободной рукой затылок и издевательски поцеловал, сминая губы и причиняя боль.

— Хочешь поразвлечься перед костром? — ухмыльнулся он.

Эйбис замотала головой. Слезы беззвучно текли по щекам. Она обещала не плакать, но больше не могла сдерживаться. Никто ей не поможет, никто не спасет от этого чудовища.

А она сама не в состоянии противостоять взрослому мужчине. Особенно после того, как вспышка неизвестной магии отняла столько сил.

— Ну-ну, — рассмеялся Дир, с притворной нежностью стирая слезы с ее щек. — Будет больно. Это я тебе гарантирую. Но ничего, быстро станет все равно, — и рассмеялся.

Его смех резко прекратился, и Дир рявкнул:

— Открой шкатулку, я сказал!

Эйбис вздрогнула, ее затрясло еще сильнее. Она боялась этого человека до Бездны, но в холодном помещении отчего-то стало слишком жарко и душно.

Прошиб холодный пот. Эйбис, всхлипывая, повернулась к шкатулке и протянула руку к крышке.

Ладони закололо, кожа нагрелась. Внутренний голос вопил об опасности и умолял не открывать. Умереть, но не открывать шкатулку. Эйбис отдернула ладони. Дир рассвирепел, развернул ее спиной к себе и прижал к постаменту. Принцесса почувствовала его руки, которые задирая остатки юбки скользили по израненной коже ног.

— Не надо, — взвыла она.