Обсидиановые звёзды

Ее заставили подняться на плаху, привязали к столбу, завернув руки за спину, а вокруг разложили вязанки хвороста и дров. Слуги веры застыли с факелами по четырем сторонам света, готовые как верные псы, зажечь очистительный огонь по одному приказу жреца.

Лысый мужчина с руной на лбу поднялся к осужденной и вещал для толпы о прегрешениях ведьмы, пугал демонами и проклятием на веки вечные. Проповедь затянулась, но Лийера даже не слышала его слов.

Она больше не боялась, наверное, смирилась со своей смертью. И так боги подарили ей несколько лишних часов жизни, ведь была бы мертва еще утром, если бы император не решил устроить показательную казнь в убежище для запугивания.

Лира не смотрела на угрюмых людей, которых слуги веры согнали к очистительному огню. Они не виновны в ее бедах, напротив, были добры. Не обзывали ее, не сыпали проклятиями. Лийера боялась их сочувствующих взглядов. Лучше смотреть на солнце, ощущать его тепло кожей, слушать ветер, улавливать ароматы этого мира, ведь скоро всего этого не будет.

Защемило сердце, забилось громко. Молчи, глупое, не стоит сожалеть ни о чем. Пусть страшно, пусть так не хочется умирать. Больно не будет. Лийера все же взяла предложенный ей вечером слугой веры яд, сунула за щеку и раскусит, как только запылает огонь. К сожалению, мгновенно она не умрет, как он обещал. Слишком сильно сопротивляется ее фивская природа растительным ядам. Он всего лишь одурманит, подарит забвение и приглушит боль. Большего и не нужно. Достаточно, чтобы задохнуться раньше, чем огонь коснется кожи.

Жрец спустился вниз. Лира поняла, что настал ее час. Она была готова, но когда в кучу хвороста полетели факелы, едва не взвыла от ужаса, заметалась в своих путах, слезы беззвучно потекли по щекам. Во рту взорвалась капсула с ядом, связывая язык и небо горечью. Но паника жуткой волной захлестнула душу. Лира закричала от страха.

Огонь разгорался медленно, будто намеренно продлевал ее пытку. Его языки уже подобрались к ступням. Лийера попыталась поджать ноги, но это не спасло.

Пока не поняла вдруг, что огонь не причиняет боли. Одежда горит, пылают волосы, кожа на глазах краснеет, покрывается волдырями, обугливается, но Лира этого не чувствует. И может пошевелить ногами, которые уже и ноги не напоминают, а только обугленные головешки. Это было ужасающе странно.