Нервные клетки с запасом

Ешки-матрешки! Нежить – это полуразумное, вечноголодное, разлагающееся, озлобленное существо? На самом деле, мне достаточно и одного эпитета, чтобы обоср… кхм… оконфузиться от ужаса!

В два счета стащив с бессознательного парня балахон, напялила его на себя. По-хорошему, было бы неплохо и парня куда-то оттащить в сторонку, не бросать же на растерзание нежити? Но я слышала уже топот ног и бряцанье металла в соседних коридорах. Судя по всему, скоро здесь будет стража, а значит, парня максимум успеют немножко пожевать. Ничего страшного, шрамы украшают мужчину, а мне нужно срочно забиться куда-то в укромный уголок – боль накатывала волнами, практически лишая зрения, пол уходил из-под ног.

– Прости, парень, я за тебя помолюсь, в случае чего, – пробормотала я.

Практически на ощупь добралась до какой-то двери и, толкнув ее, ввалилась внутрь. Споткнувшись о какой-то камень, не сдержалась, и меня стошнило прямо на пол. Черт! Ладно, утром извинюсь. А сейчас все, на что хватило сил – доползти до какого-то каменного постамента и скрутиться у него клубком, тихо поскуливая от боли.

Вот и первый приступ в этом мире…

7 глава

Аркенус

День не задался с самого утра. Все началось с вестника от рода Ваенгов с обещанием предоставить мне свою дочь для ритуала уже к закату солнца. Я несколько раз перечитал послание, все же надеясь, что ошибся, и только после этого позволил вырваться эмоциям наружу, разразившись длинной тирадой на оркском наречии.

– Ну что, я был прав, отдают принцессу на откуп? – заинтересовался мой друг и по совместительству советник Шантар, проводив взглядом опадавшие клочки пепла от сожженного письма.

– Угу. Единственную дочь, между прочим, которую холили и лелеяли с самого детства, – скривился я и устало потер переносицу.

Человеческая низость, пожалуй, никогда не перестанет меня удивлять.

– Ну, учитывая поставленный тобой ультиматум – либо все они, либо дочь – выбор очевиден. К тому же, у них остался еще сын, – заметил Шантар, философски пожав плечами.

За что всегда любил нагов – они никогда не скрывали своих намерений.

Любить – значит любить, дружить – значит дружить, мстить – о, тут им и вовсе не было равных. Если змеелюду наступили на хвост – он не успокоится, пока не отдавит все ноги, но перед этим вежливо предупредит. Никаких игр, лицемерия. Но и на окружающий мир смотрят через призму собственных убеждений. Возможно, именно поэтому их и осталось так мало. И, разумеется, я благодарен мирозданию, что судьба свела меня с одним из них.