Король (не) желает жениться, или Фиктивная семья для монарха

– Главное, Киприот отстанет со своей Гризельдой. Я надеюсь. И еще куча прилипал отпадет.

И тут до меня, наконец, доходит, куда он клонит.

– Нет! – отвечаю твердо. – Ищи другую дурочку с ребенком.

Генрих прищуривается и перекрещивает руки на груди. Что–то меняется в самом воздухе. И король больше не излучает дружелюбие. Теперь я чувствую от него холод и презрение.

– Я уже нашел подходящую.

– Очень мило! И какие рычаги воздействия? Ты не прикроешь мою гостиницу, не ты на этой территории монарх, – внутри меня все кипит от возмущения.

– Нет, обойдемся без них. Кое–что в моих силах. В любом королевстве, – Генрих берет меня за подбородок, заставляя смотреть в его глаза. – Ты жить хочешь?

– Что? В смысле? – часто моргаю и пытаюсь дернуть головой, но Генрих не дает. – Естественно, хочу. Что за вопросы такие.

– Вот и замечательно, – он, наконец, отпускает и делает шаг назад.

Глава 3

– Н–нет, ты не можешь всерьез, – произношу пораженная. – Ведь ты не такой.

Последняя фраза звучит откровенно жалко. В самом деле, откуда мне знать, какой Генрих человек? По газетным заголовкам правильное мнение не составить.

Даже лучшие из нас могут переступить черту ради блага ближнего. Или целого народа.

Черт. Что за чушь рождается в моей голове? Генрих явно беспокоится исключительно о себе.

Можно, конечно, списать на заботу об Ардории. Не будет законного правителя, может начаться гражданская война. Но я уверена, он не об этом думает.

– Да, милая? – монарх снова подходит близко и склоняется надо мной. – Ты в этом так уверена? Или, может, думаешь, что на меня написали жалобу за то, что я не отправил подарки детишкам на осенний праздник урожая?

Он ухмыляется, обнажая белоснежные зубы.

А я снова пялюсь на его ямочки на щеках. Как можно быть одновременно таким красивым и бессердечным.

Встряхиваю головой, прогоняя ненужные мысли.

– Но и не за убийство, – произношу твердо. – Тебе меня не запугать.

Главное, вести себя уверенно. Что там на самом деле внутри – дело десятое. Это я усвоила еще шесть лет назад.

– Милая, какие запугивания? Я король, и да, я вправе казнить преступников. Такое случается.