Ходящая по снам

Я чувствую, как девушка была сильно напугана письмом. И это мне совсем не понравилось.

И что это значит? Лику кто-то шантажировал?

Очнувшись от видения, я поняла, что время словно застыло и только сейчас запустилось вновь. Что это за магия такая?

Размышлять о случившемся было некогда, не хотелось мне пока обнародовать свой открывшийся дар. Я и сама его не понимала.

— Миледи, — напомнила о себе управляющая.

Что же, судя по видению, в замке кто-то замыслил плохое против Ингелики. Возможно, стоит скрыть то, что я лишь двойник хозяйки ТирошХолла?

— К сожалению, должна вам сказать о том, что не все помню из прошлой жизни, — проговорила я, пристально изучая лица стоявших передо мной людей.

— О, богиня! За что ты так с миледи? — опять запричитала женщина.

Помощник герцога же резко побледнел, но быстро взял себя в руки и проговорил:

— Мы вам поможем, Ваша Светлость. Сегодня же пошлем за лучшими целителями королевства.

Пока мы шли к замку, госпожа Вади рассказала мне историю моего двойника. Ингелику выкрали из замка отца, графа Ниарша, куда девушка отправилась как-то внезапно, почти никого не предупредив.

Возможно, это случилось после получения того злополучного письма, что я видела.

Все почему-то решили, что герцогиню Тирош выкрали цилизарцы, хотя подтверждения этому не было.

Больше двух месяцев о Ингелике не было слышно ни слова. Или ее так хорошо скрывали, или…

Нет, в худшее я не верила. Даже без видений я чувствовала, мой двойник жива. Но вот где она, этого я не знала.

***

Вскоре мы вышли из зоны заповедника, и нам открылся удивительный вид на замок, стоявший на небольшом возвышении.

Казалось он был соткан из воздуха. Его стены были выложены из бледно-голубого камня, который удивительным образом гармонировал с небосклоном. Создавалось ощущение, что остроконечные шпили не имели вершин, а просто уходили в небо. Я даже не сразу смогла различить, где они заканчиваются.

Впечатление воздушности портили черные узкие знамена, спускающиеся с пятого этажа вниз. Мрачные полосы на голубом смотрелись чем-то инородным, они вызывали боль в моем сердце.

Как же так, Алексис… Почему так случилось?

— Миледи, траур можно уже снять, — проговорила госпожа Вади, видя, как я смотрю на черные полотна на стенах ТирошХолла. — Вы же знаете, уже прошел положенный срок.

— Нет, пусть все будет так же, — хрипло ответила я. — Не надо ничего менять.

— Как прикажете, Ваша Светлость. Мы не решались что-то изменить без вас. Но слава богине, хозяйка ТирошХолла вернулась.