Ходящая по снам

Сначала я попросила мэтта Нэорита посмотреть леди Лирию. Маг не отказался, но предупредил, что без разрешения графини, он не будет влиять на ее память.

Я была вынуждена согласиться. Конечно, мама и так получила ментального воздействия сверх меры. Я это понимала и не могла настаивать.

Как и следовало ожидать, стоило графине Ниарш узнать, что перед ней менталист, как она даже разговаривать не захотела с мэттом Нэоритом.

Наверное, мне нужно было отступиться, оставить в покое леди Лирию. Только к вечеру я заметила в ее глазах уже боль.

О второй кандидатуре переговорщика я думала недолго. Я попросила поговорить с мамой герцогиню Соонил. Именно леди Констанции удалось разговорить ее. Возможно, как женщине с женщиной им было проще найти общий язык.

Через три часа леди Констанция вышла из покоев графини. Она была бледна не меньше самой леди Лирии.

— Не знаю, что и сказать, Лика, — приговорила компаньонка, усаживаясь в кресло рядом со мной. — Да и нехорошо это. Я обещала никому не говорить о том, что мне рассказала графиня.

— Что-то плохое? — тревожно спросила я.

— Не то, чтобы плохое. Но и хорошего мало. Надо как-то помочь вашей маме. Знать бы еще как.

Женщина ненадолго задумалась и потом все же произнесла:

— И все же вам стоит знать то, что я узнала. Может, попробуем использовать ваше видение?

Я встрепенулась, но почти сразу же поникла.

— Идея хорошая, но у меня пока не получалось специально вызвать ведения. Они всегда приходят ко мне, когда сами пожелают, — грустно улыбнулась я.

— А может, попробуем?

— Давайте, — кивнула я и взяла леди Констанцию за руку.

Сначала ничего не происходило, но мы так и сидели, не говоря ни слова. Тогда я попыталась настроиться на магический фон герцогини, потянулась к ней своим даром. И мне открылась картина.

Две женщины сидели, почти как и мы сейчас с леди Констанцией, рядом и держась за руки. Леди Лирия плакала, кажется, даже не замечая этого.

— Я все вспомнила... Как же так. Я жила не своей жизнью столько лет.

Герцогиня молчала, лишь сочувственно смотрела на собеседницу. А та продолжала:

— А ведь у меня был тайный роман… Просто невозможный роман. Возлюбленный был выше меня по статусу, и, тем не менее, он обещал на мне жениться. Я верила каждому слову. Я любила всем сердцем, и мне казалось, и он отвечал мне тем же.