Зверь-из-Ущелья. Каменное древо

Все блестящие и одинаковые, точно близнецы. Капли изумрудов и сапфиров, благородная шпинель, рубины – украшения для богатых господ. Алмазы, сияющие гранями и рассыпающие солнечные искры, опалы с заключенными в них звездами, радужники и лунные камни – части живых амулетов.

У меня на пальце сидела бабочка с серебряным тельцем, слюдяными крылышками и глазками из флюоритов, готовая сорваться и улететь. Бабочка-проводник. Таких богатые родители покупали для своих детей, чтобы, если те заблудятся, насекомое указало дорогу домой.

Или вот, к примеру, амулет в виде оленьей головы. Каждый волосок был выгравирован так искусно, что зверь казался живым – сейчас моргнет яшмовыми глазами Хранитель Охотников.

Я любовно укладывала сокровища на бархатные подушечки.

Солнечные камни, помогающие в сложных решениях. Аметисты, чернеющие при контакте с ядами. Ониксы – камни жрецов, аквамарины – Хранители Моряков.

Сегодня я щедро одарила своими силами эти камни. Как жаль, что все это не навечно. Некоторые амулеты способны подействовать только один раз, другие слабели со временем.

Я так увлеклась, что не услышала тихий скрип двери.

– Рамона?

У порога застыла Инира. С широко распахнутыми глазами и напряженными плечами. Бледная, но решительная.

– Хочу с тобой поговорить, – она нервно оглядела мастерскую, будто хотела убедиться, что под столом не прячутся отец или брат, а после аккуратно присела на табурет.

Видя, что подруга чем-то озадачена, я придвинулась ближе и взяла ее за руку. Какая холодная кожа!

Я считала Иниру своей подругой. Не только потому, что она невольно посодействовала моему побегу на равнину и разделила страшный ритуал. Девушка подкупала своей простотой и открытостью.

– Случилось что?

Инира молчала некоторое время, только кусала губы, не зная, как начать разговор.

– Завтра наступит мое двадцатилетие, – наконец, начала она. – Меня посвятят в старшие жрицы.

Ох, а я и забыла! Обычно девушки радовались этому событию, но Инира, похоже, разделяла мои опасения.

– Матушка Этера тебе что-то рассказала?

Инира вздохнула и поерзала, как будто сидела на кучке битого стекла.

– Нет. В том-то и дело, что нет. Лишь велела спуститься в главное святилище на рассвете.

В ее взгляде я прочитала неуверенность, а потом глаза Иниры увлажнились. Неожиданно для нас обоих она подалась ко мне и прижалась к плечу, всхлипывая.