Последнее пророчество Эллады: Спасти Персефону

– Неужели Арес не смог убедить его в том, что посадит на олимпийский престол?

Усмешка получилась не очень – слишком коварная для того Аида, к которому она успела привыкнуть.

– С его потрясающими способностями к дипломатии?..

– У Аполлончика в свое время это неплохо получилось. И Гера тогда отличилась… усыпили Зевса втроем, связали и потащили спихивать в Тартар, – вспомнил экс-царь. – Интересно, где он сейчас? Наверно, там же, где его сестра.

– Ну, он был на Олимпе вместе со всеми, – вспомнил Гермес. – А Артемиды там не было.

Они принялись обсуждать, где может носить Артемиду, почему заговорщики так промахнулись с Посейдоном и Амфитритой (Персефона считала, потому, что Арес), какие их дальнейшие планы и кого бы еще завербовать в союзники.

– Любого, – хмуро сказал Танат, озабоченно трогая меч. – Это твой мир. Тебе достаточно приказать.

Он выглядел каким-то странным, не то удивленным, не то напуганным… точнее по его каменной физиономии было не разглядеть.

– А мне почему-то кажется, что это так не работает, – весело отозвался Аид, и Персефона тут же пожалела, что смотрела не на того.

– То, что Арес воображает, что каждое пророчество – про него, а Зевс и рад избавиться от сыночка, еще не делает его Владыкой, – отрезал Убийца. – Это просто клоун на троне. Мир сбросит его, когда ты вернешься.

– Еще чего, – сказал бывший царь одними губами, без голоса.

Танат фыркнул, сложил крылья за спиной и вышел – очевидно, чтобы не сказать Аиду то, что он о нем думает.

«Еще чего!» – мысленно повторила Персефона.

Пожалуй, Минта могла решить, что он не собирается возвращаться, но Персефона видела, как дрогнули его ресницы, скрывая бездну в темных глазах. Видела тени, которые легли на острые скулы.

Он ведь очень, очень хотел вернуться.

Подземный мир льнул к нему, как собака, звал и тянул к себе, и меньше всего Аид желал оттолкнуть его.

И как бы ни злился Неистовый Арес, и что бы ни делала Персефона, они, кажется, перестали быть Владыками Подземного мира в тот самый миг, когда колесница со скифом спустилась под землю.

– Когда ты вернешься, я могу занять место Гекаты, – предложила Персефона. – Кажется, я уже не очень подхожу для весны.

Аид закатил глаза:

– Ну, началось! Иногда мне кажется, что ты затеяла эту авантюру для того, чтобы избавиться от лишних обязанностей.

Персефона поджала губы – перед глазами почему-то всплыло веселое личико дочки, Макарии – и отвернулась:

– Возможно, – холодно сказала она.