Последнее пророчество Эллады: Спасти Персефону

– Вы что, были любовниками? – уточнил он наконец.

Минта звонко расхохоталась:

– Какой там! Он-то хотел, но я не дала. Много чести!

– Я просто спросил, – с обидой в голосе сказал Гермий, – а она сразу в траву превратилась! Я ей что, траволюб?

– А Зевса такие мелочи не останавливают! – приосанилась нимфа.

– Зевса в принципе ничего не останавливает, – задумчиво произнес Аид. – А ты, Минта, значит…

– Оборотень! – буркнул Гермес. – Она растение – оборотень!

Нимфа заулыбалась – она явно гордилась своими талантами.

– Прирожденный лазутчик, – заключил экс-Владыка. – Никто никогда не задумывается, что это там выросло у дороги…

– Или появилось в постели у Ареса! – подхватила Минта, облизывая пухлые губки.

Гермеса на этом жесте слегка передернуло, а Аид задумался, что, наверно, Персефона сама и отправила Минту в Аресову постель – нашла, так сказать, применение ее талантам. И это объясняет, почему царица ее до сих пор не прибила, как остальных соблазненных Аресом нимф.

Да и не убьешь ее, такую – ну разве что саблей рубить, но уж точно не в дерево превращать.

– А какие у тебя еще способности? – поинтересовался Аид.

Нимфа кокетливо хихикнула:

– Могу покорить на ложе любого мужчину…

Гермес закатил глаза.

– Я имею в виду те способности, которые ты унаследовала от матери, Деметры, – уточнил Аид. – А она чудеса на ложе в жизни не вытворяла. И вообще, у нее явно проблемы с материнским инстинктом.

– У нее все нормально с… как ты сказал? С материнским инстинктом, – возмутилась нимфочка, придерживая руками волосы, чтобы не наловить в них репьев: бескрайнее асфоделевое поле заросло гигантскими, выше человеческого роста, лопухами.

– Не знаю, не знаю, – зловещим голосом сказал бывший царь. – Если бы Арес похитил у меня дочь, то очень быстро бы пожалел. Даже если бы у меня не было никаких других сил, кроме природных. На земле я изменил бы климат, чтобы растения не могли плодоносить, а люди замерзали в своих холодных жилищах и постоянно материли олимпийских богов.

– Кто-кто? – ужаснулась Минта.

– Песец, – с удовольствием повторил экс-Владыка. – Это такой пушной зверь. Символизирует неотвратимость возмездия.

– Почему? – неожиданно заинтересовался Гермес.